Как не допустить назначения экспертизы

Обзор на рецензии

Рецензия на экспертизу – это документ о соответствии заключения эксперта нормативно-правовой базе, методическим основам и правильности ответов на вопросы участников процесса и суда. Иными словами, один эксперт проверяет работу другого эксперта. Суд оценивает экспертное заключение и рецензию, и принимает решение.

Почему стоит обратиться в Олимп Эксперт

C компанией Олимп Эксперт выгодно сотрудничество по следующим причинам:

1. Эксперты Олимп Эксперт не избегают участия в заседаниях и готовы оказать полноценную защиту рецензии.
2. Клиентам не приходится самостоятельно разбираться в специальной терминологии или готовиться к ответам на дополнительные вопросы сторон или судьи.
3. Заказать рецензию на заключение можно через сайт, или по телефону: +7-977-407-58-58

Обоснование

Дополнительные (новые) доказательства принимаются судом апелляционной инстанции с учетом их относимости и допустимости независимо от того, могли быть они представлены в суде первой инстанции или нет.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 N 16

О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции

О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение с указанием действий лиц, участвующих в деле, и сроков осуществления этих действий.

Статьи

• Ч. 6.1 ст. 268, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 N 95-ФЗ (ред. от 18.03.2023, с изм. от 22.06.2023)
• Ч. 5 ст. 330, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 24.06.2023, с изм. от 20.07.2023)
• Ч. 1 ст. 327.1, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 24.06.2023, с изм. от 20.07.2023)
• Ч. 2 ст. 268, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 N 95-ФЗ (ред. от 18.03.2023, с изм. от 22.06.2023)
• Ч. 1 ст. 159, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 N 95-ФЗ (ред. от 18.03.2023, с изм. от 22.06.2023)
• Ст. 166, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 24.06.2023, с изм. от 20.07.2023)

Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства. Дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными. О принятии новых доказательств суд апелляционной инстанции выносит определение.

Ходатайства лиц, участвующих в деле, по вопросам, связанным с разбирательством дела, разрешаются на основании определений суда после заслушивания мнений других лиц, участвующих в деле.

Как не допустить назначения экспертизы

Как доказать в суде недобросовестность стороны спора, чтобы ей отказали в назначении судебной экспертизы.

Дата: 16 января 2024

Назначение экспертизы не требуется

Если у сторон уже имеются все необходимые доказательства, суд может принять решение на основе имеющихся фактов, без проведения дополнительной экспертизы.

Пример из практики:

Суд в Постановлении от 15.07.2020 по делу №А12-34567/2020 отказал в назначении судебной экспертизы, указав, что на основании имеющихся в деле материалов суд способен принять обоснованное решение.

Заключение

Итак, для доказательства недобросовестности использования судебной экспертизы важно ссылаться на затягивание процесса, возможность вынесения решения без экспертизы и рассмотрение дела на основе имеющихся доказательств. Ссылки на практику судов также могут быть полезны для подтверждения своей позиции.

Отказ в удовлетворении ходатайства

Если в материалах дела достаточно доказательств для ответа на поставленный вопрос без проведения экспертизы, то это основание для отказа в удовлетворении ходатайства.

Доказать наличие злоупотребления со стороны заявителя

Суд откажет оппоненту, если представить доказательства его недобросовестности.

1. Явное нарушение формы ходатайства. Например, заявитель может не представить согласие экспертной организации на проведение экспертизы, сведения о сроках и стоимости судебной экспертизы, не внести на депозитный счет суда денежные средства на проведение судебной экспертизы.

При отказе по данным основаниям суды указывают, что в определении о назначении экспертизы должны быть решены в том числе вопросы о сроке ее проведения, о размере вознаграждения эксперту, указаны фамилия, имя, отчество эксперта. При невнесении лицом, участвующим в деле, денежных сумм на депозит для проведения экспертизы суд вправе отклонить соответствующее ходатайство.

Суды редко отказывают в назначении экспертизы по формальным основаниям. Чаще формальные основания приводятся в дополнение к другим обстоятельствам отказа. Иной подход влечет за собой отмену судебных актов. Так, Верховный Суд направил дело на новое рассмотрение, поскольку тот факт, что не была согласована стоимость проведения экспертизы ввиду ее сложного характера, не может служить безусловным основанием для отказа в удовлетворении ходатайства о проведении экспертизы.

2. Несвоевременные действия. Суд также может отказать стороне в проведении экспертизы, если та ведет себя недобросовестно и всеми своими действиями показывает, что цель назначения экспертизы – затягивание времени.

Позднее поданное ходатайство

Ходатайство о проведении экспертизы подано поздно, непосредственно перед вынесением самого решения.

Ходатайство о проведении экспертизы может быть заявлено в суде первой или апелляционной инстанции до объявления председательствующим в судебном заседании исследования доказательств законченным, а при возобновлении их исследования — до объявления законченным дополнительного исследования доказательств.

Пример из практики. Суды отказали стороне в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы, которое было заявлено на стадии судебных прений в первой инстанции.

Суды также отказывают, когда ходатайство о назначении экспертизы могло быть рассмотрено ранее, но подано спустя длительный период времени после возникновения обстоятельств для его заявления.

## Пример из практики
Суды пришли к выводу, что подача заявления о фальсификации и о назначении почерковедческой экспертизы спустя 6 месяцев после предоставления в дело документов, подлинность которых оспаривается, явно направлена на затягивание процесса (Постановление АС Поволжского округа от 15.09.2022 по делу №А65-23363/2020).

## Непоследовательное и противоречивое поведение стороны в вопросе назначения судебной экспертизы
Пример из практики. Суды отказали в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы на том основании, что в первоначальных отзывах ответчик категорически возражал против проведения оценочной экспертизы, однако позднее в судебном заседании уже настаивал на проведении экспертизы и частично представил технические документы. Такое процессуальное поведение суды расценили как направленное на затягивание рассмотрения дела (Постановление 11ААС от 08.02.2023 по делу №А72-19548/2018).

### Решение судов
Стоит отметить, что арбитражные суды достаточно гибко подходят к основаниям для отказа в удовлетворении ходатайств о назначении судебной экспертизы, явно направленных на затягивание процесса. Помимо перечисленных позиций суды используют и иные доводы.

По мнению одной из экспертов АГ, финальное разрешение этого дела будет способствовать формированию единой судебной практики по аналогичным категориям споров. Другой отметил, что такая категория дел подразумевает значительные трудности для юристов и необходимость назначения экспертизы.

Верховный Суд опубликовал Определение от 28 марта по делу № 5-КГ22-147-К2, в котором напомнил о необходимости проведения лингвистической экспертизы для оценки опубликованного в Сети негативного отзыва о работе врача.

## Дело ООО Медрейтинг
ООО Медрейтинг является учредителем и редакцией сетевого СМИ, целью которого является содействие пациентам в информированном выборе медицинской организации и врача.

## Судебное разбирательство
В июне 2018 года на сайте издания был размещен анонимный негативный отзыв о враче московской поликлиники Галие Мирхайдаровой, содержащий обвинения в некорректном поведении и ошибках в работе. Галия Мирхайдарова обратилась в суд иском к предполагаемому автору отзыва Олесе Антоненко и обществу Медрейтинг о защите чести, достоинства, деловой репутации и компенсации морального вреда.

Суд отказал в удовлетворении иска со ссылкой на то, что субъективное мнение пациента сформировалось под влиянием несогласия с осуществляемой истцом деятельности врача и качеством оказанных медицинских услуг. Кроме того, суд указал, что истцом не доказано распространение этих сведений именно Олесей Антоненко. Апелляция и кассация поддержали это решение. При этом апелляционный суд отметил, что негативная информация в спорном отзыве была выражена в форме субъективных суждений, а эмоциональная составляющая мнения автора не влияет на оценку размещенных на сайте сведений, поскольку они могут быть как положительными, так и отрицательными. Апелляция добавила, что истец не воспользовалась правом на проведение лингвистической экспертизы на предмет установления характера спорных сведений, а также оценки их восприятия.

Рассмотрев дело по кассационной жалобе Галии Мирхайдаровой, Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ напомнила, что реализация гражданином права на свободу слова, свободу выражения мнений и свободу массовой информации не должна нарушать права других граждан на защиту чести, достоинства, доброго имени и деловой репутации. В то же время право на неприкосновенность частной жизни не может ограничивать обсуждение в СМИ вопросов профессиональной деятельности отдельных граждан, представляющей общественный интерес.

КС разъяснил, что должен содержать отзыв о медработникеСуд отметил, что отзыв должен быть актуальным и не порочащим честь, достоинство или деловую репутацию, в том числе не подпадающим под признаки клеветы, а также исключать сведения, не относящихся к профессиональной деятельности медработника 28 мая 2021

Со ссылкой на Постановление КС РФ от 25 мая 2021 г. № 22-П Суд также напомнил, что в России гарантируются защита достоинства граждан и уважение человека труда, право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени, поэтому никто не должен подвергаться унижающему человеческое достоинство обращению, а сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. В то же время каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, провозглашается свобода массовой информации, запрещается цензура.

Персональные данные медицинского работника, публикуемые в интернете, а равно отзывы о его профессиональной деятельности, размещаемые на сайте пользователями, должны рассматриваться как относящиеся к сведениям о его частной жизни, подлежащей конституционной защите наравне со свободой слова и свободой информации, заметил ВС. Поскольку жизнь и здоровье человека относятся к общепризнанным ценностям, гарантируемым Конституцией, то обсуждение вопросов о состоянии здравоохранения и качестве медпомощи, безусловно, имеет большое общественное значение. В свою очередь, общественный интерес представляет именно достоверная информация. Распространение же недостоверной, не соответствующей действительности информации, способной создать у общественности ложное представление о профессиональных качествах медицинского работника или о качестве услуг, оказываемых медорганизацией, такому интересу противоречит.

ВС напомнил, что негативные отзывы в Сети не всегда являются оценочным суждениемСуд указал, что, прежде чем делать соответствующий вывод, необходимо проверить, имели ли место в реальности факты, о которых говорится в отзывах, так как в противном случае они могут быть признаны порочащими честь, достоинство и деловую репутацию19 мая 2022

Как отметил Суд, редакция средства массовой информации, зарегистрированного в форме сетевого издания, обязана предоставить медицинскому работнику или медицинской организации организационно-техническую возможность реализовать гарантированное законом право на ответ, например разместив на интернет-сайте совместно с критическим отзывом об их деятельности ответ на него, что призвано обеспечить как защиту прав затронутых таким отзывом лиц, так и общественный интерес в получении наиболее полной и объективной информации о медицинских услугах и условиях их оказания. При этом медицинский работник и медицинская организация не должны допускать разглашения сведений о факте обращения гражданина за медицинской помощью, о состоянии его здоровья и диагнозе, иных полученных при его медицинском обследовании и лечении сведений, составляющих врачебную тайну, поскольку они не были добровольно раскрыты для неопределенного круга лиц в самом критическом отзыве, отмечено в определении.

ВС также указал, что при возникновении спора о том, является ли распространенная информация порочащей честь, достоинство или деловую репутацию и соответствует ли она действительности, этот вопрос окончательно разрешается судом. При этом выражение негативного отношения к нарушению другим лицом закона, к совершению им нечестного поступка, к нарушению деловой этики и т.д. может не исключать, а, напротив, содержать утверждение о том факте, по отношению к которому высказывается мнение.

Как заметил Верховный Суд, нижестоящие инстанции в данном деле сочли, что перечисленные в отзыве высказывания являются эмоциональным выражением субъективного мнения и взглядов пациента о враче и оказанной им медицинской помощи. При этом они не дали оценки тому, могут ли содержащиеся в исследуемом отзыве высказывания быть проверены на предмет соответствия действительности.

ВС напомнил, что при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в области оценочной деятельности, суд назначает экспертизу по ходатайству участников спора или по своей инициативе. Между тем в материалах дела нет данных о том, что в ходе рассмотрения дела истцу разъяснялось ее право заявить ходатайство о проведении лингвистической экспертизы. Кроме того, нет данных и о том, что судом по собственной инициативе ставился на обсуждение сторон спора вопрос о назначении такой экспертизы, а также с учетом предусмотренного законодательством об охране здоровья особого порядка предоставления сведений, содержащих врачебную тайну, исключающего возможность их получения по требованию третьих лиц и защищающего тем самым право каждого на тайну частной жизни, обсуждался вопрос об истребовании соответствующих доказательств. «В то же время суд апелляционной инстанции, приняв во внимание выводы эксперта АНО “Лаборатория лингвистических исследований и экспертиз”, фактически признал необходимость специальных знаний для правильного разрешения настоящего спора», – подчеркнул Суд, вернув дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Адвокат АП Челябинской области Елена Цыпина согласилась, что нижестоящие суды допустили нарушение норм процессуального права. Она пояснила, что из положений ст. 152 ГК РФ и разъяснений Постановления Пленума ВС РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» следует, что при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, является характер распространенной информации, т.е. установление того, является ли эта информация утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением.

«Полагаю, что суд, не обладая специальными познаниями в настоящем споре, должен был в порядке ст. 79 ГПК РФ назначить экспертизу по ходатайству лиц, участвующих в деле, или по своей инициативе, а в случае отсутствия ходатайства или согласия на назначение экспертизы со стороны участников спора разъяснить возможные последствия такого неназначения. Однако судом этого сделано не было. Ситуации с размещением отзывов на интернет-ресурсах о работе медицинских работников с негативной оценкой, не всегда соответствующей действительности, встречаются на практике. Однако мало кто обращается за защитой в суд. Разрешение этого гражданского дела будет способствовать формированию единой судебной практики по аналогичным категориям дел», – заметила адвокат.

Юрист Дмитрий Прохоров отметил: тот факт, что такая категория дел представляет значительные трудности для юристов, подразумевает необходимость назначения различных экспертиз – лингвистических, судебно-медицинских, контроля качества. «При этом судебное решение невозможно спрогнозировать. Имея медицинскую специальность, врачебную и юридическую практику, могу с уверенностью сказать, что большинство жалоб инициируют сами же медицинские работники. При этом в самом конфликте медицинские работники, как правило, занимают пассивную позицию. Часто в медицинской документации не содержится указание на конфликт, или запись ограничивается общими фразами, что в дальнейшем часто ставит сторону в неравную позицию при рассмотрении спора. Подробное описание в медицинской документации обстоятельств конфликта и дословных выражений мои коллеги по врачебному цеху находят непрофессиональным и даже смешным. При этом ВС уже прямо указывает на юридическое значение письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписи», – подчеркнул он.

Один из адвокатов отметил, что позиция ВС вполне логична, поскольку очевидно, что сама по себе ситуация, при которой страховщик фактически прямо указывает на то, что потерпевший неосновательно пытается получить страховое возмещение, должна предполагать возможность ее тщательной проверки, в том числе и в судебном порядке. Другая обратила внимание, что при производстве экспертизы силами страховой компании или финансовым уполномоченным эксперты ответственность за дачу заведомо ложных показаний не несут, что может повлиять на объективность исследования.

Верховный Суд опубликовал Определение от 20 июня по делу № 20-КГ23-6-К5, в котором разобрался, было ли заключение судебной экспертизы по делу доказательством, полученным с нарушением закона.

20 ноября 2019 г. в результате ДТП принадлежащему Чемистаг Меджидовой автомобилю были причинены механические повреждения. Виновным в совершении происшествия был признан водитель, чья гражданская ответственность застрахована в АО «СОГАЗ». Гражданская ответственность Чемистаг Меджидовой застрахована не была.

В декабре 2019 г. Чемистаг Меджидова обратилась к страховщику причинителя вреда с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения, предоставив необходимые документы. В январе 2020 г. АО «СОГАЗ» по результатам организованного им транспортно-трасологического исследования отказало в выплате ввиду несоответствия заявленных повреждений ее автомобиля обстоятельствам ДТП.

Затем Чемистаг Меджидова самостоятельно организовала проведение оценки ущерба и, получив заключение от 13 января 2020 г. о стоимости восстановительного ремонта ТС, направила в адрес страховой компании претензию с целью урегулирования спора в досудебном порядке. Страховщик отказал в этом, после чего женщина как потребитель обратилась к финансовому уполномоченному. В феврале 2020 г. решением финансового уполномоченного на основании проведенного по его запросу транспортно-трасологического исследования в удовлетворении требований о выплате страхового возмещения, неустойки и расходов на проведение независимой экспертизы было отказано по тем же основаниям.

В сентябре 2020 г. суд назначил судебную комплексную трасологическую и автотехническую экспертизу, проведение которой было поручено ООО «Экспертно-консалтинговый центр». Согласно заключению эксперта от 8 февраля 2020 г., все повреждения автомобиля истца, за исключением повреждения заднего левого фонаря, соответствуют обстоятельствам ДТП, а стоимость восстановительного ремонта без учета износа заменяемых деталей составила 670 тыс. руб.

Впоследствии Чемистаг Меджидова обратилась в суд с иском к АО «СОГАЗ». Полагая действия ответчика по отказу в выплате страхового возмещения незаконными, она просила взыскать со страховой компании в ее пользу страховое возмещение, компенсацию морального вреда, расходы по оплате независимой экспертизы, расходы, понесенные за оказание нотариальных услуг, расходы по оплате услуг представителя, а также штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя.

Первая инстанция частично удовлетворила исковые требования. Суд, оценив судебную экспертизу с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, положил ее в основу принятого решения и, исходя из выводов экспертного заключения, счел доказанным наступление ДТП при заявленных истцом обстоятельствах как страховое событие, обязывающее страховщика ответственности причинителя вреда осуществить страховое возмещение потерпевшему.

Вместе с тем апелляционный суд отменил решение первой инстанции и в удовлетворении исковых требований отказал. Он указал, что судебная экспертиза была получена с нарушением закона, поскольку у суда отсутствовали предусмотренные ст. 87 ГПК основания для ее назначения. Также апелляция отметила, что у суда первой инстанции не было оснований для сомнений в правильности экспертизы, проведенной в рамках рассмотрения обращения потребителя к финансовому уполномоченному. В связи с этим апелляционный суд счел, что страховой случай по договору ОСАГО не наступил и у страховщика не возникло обязанности по выплате страхового возмещения в пользу истца. Данные выводы поддержал кассационный суд.

Не согласившись с судебными актами апелляционной и кассационной инстанций, Чемистаг Меджидова подала кассационную жалобу в Верховный Суд, в которой поставила вопрос об их отмене. Рассмотрев дело, Судебная коллегия по гражданским делам ВС напомнила, что, согласно ч. 1 ст. 79 ГПК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу.

ВС разъяснил, что если при рассмотрении обращения потребителя финансовым уполномоченным было организовано и проведено экспертное исследование, то вопрос о необходимости назначения судебной экспертизы по тем же вопросам разрешается судом применительно к положениям ст. 87 ГПК о назначении дополнительной или повторной экспертизы. В связи с этим на сторону, ходатайствующую о назначении судебной экспертизы, должна быть возложена обязанность обосновать необходимость ее проведения. Несогласие заявителя с результатом организованного финансовым уполномоченным экспертного исследования, наличие нескольких экспертных исследований, организованных заинтересованными сторонами, безусловными основаниями для назначения судебной экспертизы не являются, уточнено в определении.

Как подчеркнул Суд, действующее законодательство не предполагает запрета на проведение судебной экспертизы в том случае, если финансовым уполномоченным при рассмотрении обращения потребителя финансовых услуг было организовано проведение экспертного исследования. Напротив, назначение судебной экспертизы непосредственно связано с исключительным правом суда определять достаточность доказательств, собранных по делу, и предполагается, если это необходимо для устранения противоречий в заключениях экспертов и иным способом это сделать невозможно.

Судебная коллегия отметила, что в тех случаях, когда полученное заключение эксперта не дает в полном объеме ответа на поставленные вопросы либо оно является неопределенным, требуется назначение дополнительной или повторной экспертизы. В связи с этим ВС не согласился с указанием апелляционного суда на то, что заключение судебной экспертизы является доказательством, полученным с нарушением закона. Он напомнил, что под нарушением закона понимается получение сведений о фактах из не предусмотренных законом средств доказывания, несоблюдение процессуального порядка получения сведений о фактах в судебном заседании или привлечение в процесс доказательств, добытых незаконным путем.

В настоящем случае, как пояснил ВС, экспертиза была назначена в судебном заседании путем вынесения соответствующего определения, как предусмотрено гражданским процессуальным законодательством, каким именно образом им нарушен порядок назначения экспертизы, суд не указал. Апелляционным судом не было учтено, что заключения эксперта, полученные по результатам внесудебной экспертизы, в том числе по поручению финансового уполномоченного, не являются экспертными заключениями по рассматриваемому делу в смысле ст. 55 и 79 ГПК. Такие заключения могут быть признаны судом письменными доказательствами, которые подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами.

Верховный Суд отметил, что получение на основе специальных знаний информации об обстоятельствах, имеющих значение для дела, возможно лишь посредством назначения и проведения судебной экспертизы, которую суд обязывает провести ч. 1 ст. 79 ГПК в случае недостаточности собственных познаний. «Уклонение суда от получения судебных доказательств свидетельствует о неисполнении обязанности по полному и всестороннему рассмотрению дела, результатом чего является вынесение решения, не отвечающего признакам законности и обоснованности», – пояснил он.

По мнению Судебной коллегии, для правильного разрешения спора суду надлежало установить, наступил ли страховой случай по договору ОСАГО, и если наступил, то какие обстоятельства являются основаниями, предусмотренными законодательством, регулирующим возникшие между сторонами правоотношения, для отказа в выплате страхового возмещения и имелись ли у страховой компании основания для отказа в его выплате, чего сделано не было.

ВС обратил внимание, что судом первой инстанции факт наступления страхового случая установлен на основании исследования и оценки различных письменных доказательств и заключения судебной экспертизы, назначение которой было обусловлено противоречием представленных доказательств, устранить которые он в связи с отсутствием специальных знаний самостоятельно не мог. Апелляционная инстанция же не дала оценки достаточности имеющихся в материалах дела доказательств, принятых судом первой инстанции, не оценила их в совокупности и не устранила содержащиеся в них противоречия, выявленные при рассмотрении дела. «Отказывая во взыскании страхового возмещения в полном объеме, апелляционный суд основывался только на заключении экспертизы, проведение которой было организовано финансовым уполномоченным, в то время как это доказательство должно быть оценено в совокупности со всеми другими доказательствами по делу для установления факта наличия либо отсутствия ДТП и последствий этого происшествия». – указано в определении.

Таким образом, резюмировал ВС, апелляционная инстанция, отменяя решение суда по мотиву необоснованности назначения судебной экспертизы и исключая выводы, содержащиеся в заключении эксперта, из числа доказательств только по этому основанию, данные противоречия сама не устранила, в связи с чем принятое апелляцией решение об отказе в иске не отвечает требованиям о законности и обоснованности. Поэтом он отменил обжалуемые судебные акты, направив дело на новое рассмотрение.

Эксперт в области страхового права, партнер АБ «Бельский и партнеры» Дмитрий Шнайдман полагает, что затронутая проблема вполне актуальна, поскольку отказ в выплате страхового возмещения по ОСАГО по мотиву несоответствия повреждений транспортного средства заявленным обстоятельствам ДТП был и остается достаточно распространенным в практике деятельности страховщиков. Он отметил, что определение ВС затрагивает вопросы формирования и оценки доказательственной базы по подобным спорам, при этом, по его мнению, оно в значительно большей степени отвечает интересам выгодоприобретателей, предоставляя им дополнительную возможность оспорить неблагоприятные для себя доказательства. «Такая позиция Верховного Суда представляется вполне логичной, поскольку очевидно, что сама по себе ситуация, при которой страховщик фактически прямо указывает на то, что потерпевший неосновательно пытается получить страховое возмещение, должна предполагать возможность ее тщательной проверки, в том числе и в судебном порядке», – прокомментировал Дмитрий Шнайдман.

Адвокат указал, что в рассматриваемом случае речь идет о соотношении досудебной экспертизы, проведенной при рассмотрении дела финансовым уполномоченным, и судебной экспертизы, проведенной в суде первой инстанции. Дмитрий Шнайдман отметил, что фактически суды апелляционной и кассационной инстанций отклонили выводы судебной экспертизы исключительно по формальным основаниям, указав, что у суда первой инстанции не было оснований для ее назначения при наличии экспертизы, проведенной при рассмотрении дела финансовым уполномоченным. ВС прямо указал на недопустимость подобного подхода, отдав безусловный приоритет судебной экспертизе как источнику получения информации, уточнил адвокат.

Адвокат АП Московской области, КА «Династия», к.ю.н. Елена Дьякова также отметила, что страховщики зачастую отказывают в выплате из-за якобы несоответствия заявленных повреждений обстоятельствам ДТП: «И оспорить данный отказ возможно, только проведя судебную комплексную трасологическую и автотехническую экспертизу, что и сделал суд первой инстанции».

Елена Дьякова уверена, что ссылка апелляции на то, что у суда первой инстанции не было оснований для назначения экспертизы в соответствии со ст. 87 ГПК, несостоятельна. Назначение экспертизы судом связано с исключительным правом суда определять достаточность доказательств, собранных по делу, и предполагается. Другими словами, запретить суду проводить экспертизу никто не в праве, отметила адвокат.

Она также подчеркнула, что только при производстве судебной экспертизы эксперт предупреждается об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения или заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ. При производстве экспертизы силами страховой компании или финансовым уполномоченным эксперты ответственность за дачу заведомо ложных показаний не несут, что может повлиять на объективность исследования, что, вероятно, и произошло в рассматриваемом случае, пояснила Елена Дьякова.

Вопрос

Можно ли ходатайствовать о назначении экспертизы в апелляционном суде, если в первой инстанции сторона не заявляла ходатайство?

Что потребуется для подготовки рецензии судебной экспертизы

Для полноты и достоверности исследования предоставьте:

В судебном акте кратко излагаются обстоятельства дела и вопросы, которые суд утвердил на экспертизу. Первые два документа неразрывно связаны друг с другом, поэтому предоставьте оба. В последнем содержится полная информация по делу, по сравнению с той, что отражена в определении суда.

В случае проведения рецензии в досудебном порядке достаточно копии экспертного заключения, которое требуется оспорить

Зачем делать рецензию на судебную экспертизу?

Заключение эксперта или представляется большинству людей не обладающих специальными знаниями непонятным документом с кучей приложений. Понимание усложняется обилием специальных терминов. Можно самому разобрать о чем говорится в заключении и проверить достоверность содержания. Для этого придется ознакомиться с массой профильных законов, методических материалов, попытаться провести расчеты и сделать выводы. С первыми двумя пунктами справится каждый, при наличии нескольких месяцев свободного времени. Последние два непреодолимы без специальных знаний, которыми владеет только опытный эксперт в идентичной области.

В случае несоблюдения хотя бы одного из ранее указанных критериев, заключение эксперта признается недопустимым доказательством и исключается из процесса доказывания, в результате чего, на основании действующего федерального законодательства, появляется возможность проведения повторной судебной экспертизы.

Например. Проведена строительная экспертиза для частного лица, результаты которой вызывают обоснованные сомнения. На очередном заседании суд изучает заключение и разрешает сторонам выразить мнение. У несогласного с ответами на вопросы участника процесса два варианта действий:

Рецензия на экспертизу как доказательство

По устоявшейся позиции Верховного Суда РФ:

Заключение эксперта должно:

Рецензент проверяет содержание и результаты экспертизы на соответствие указанным требованиям. Обоснованные аргументы эксперта о выявлении в заключении недостатков становятся для суда основанием для признания доводов стороны, несогласной с результатами экспертизы, состоятельными. Следующий шаг – ходатайство о назначении нового экспертного исследования. Аргументированная рецензия на экспертизу, подкрепленная показаниями эксперта, становится для суда обоснованным доказательством и поводом для постановки вопросов по делу в рамках нового исследования. Несогласная сторона вправе заявить о необходимости назначения комиссионной или комплексной экспертиз.

Ответ

Заявить ходатайство о назначении экспертизы в суде апелляционной инстанции, если в суде первой инстанции такое ходатайство стороной не заявлялось, возможно только в двух случаях:

Защита рецензии на судебную экспертизу или экспертное заключение в суде

После поступления экспертизы в суд у сторон остается мало времени на ознакомление с заключением и подготовку к судебному заседанию. Судебные процессы ограничены процессуальными сроками. По этой причине суд спешит с вынесением решения после получения экспертного заключения, считая, что в деле появилось весомое доказательство. Оперативное обращение за составлением рецензии на судебную экспертизу облегчает работу рецензента и увеличивает шансы на положительный исход судебного процесса.

Риски самостоятельной защиты рецензии в суде:

Защиту рецензии в суде доверьте рецензенту по следующим причинам:

Рецензент свободно ориентируется в специальной терминологии, владеет профильными знаниями и спокойно выступит в суде в защиту выводов рецензии. Эксперта, составившего рецензию на судебную экспертизу, нельзя признать заинтересованной стороной.

Перед допросом рецензент предупреждается судьей об ответственности за дачу заведомо ложного заключения и показаний, и расписывается об этом. Этот факт заставляет суд прислушиваться к мнению эксперта-рецензента. Остается только добиться внесения в протокол судебного заседания выступления рецензента. Показания эксперта-рецензента становятся доказательствами и оцениваются судом, наравне с остальными.

Стандартное оформление включает вводную, исследовательскую части и выводы.

В первой части фиксируются сведения о заказчике, рецензенте, реквизитах экспертного заключения и содержание выводов (отсутствие или наличие нарушений). Сюда же включается информация о вопросах, утвержденных судом перед экспертом, список иных материалов, полученных рецензентом для изучения по делу. Обязательными реквизитами рецензии выступают дата и место составления. В водной части указываются наименование методик, посредством которых выполнена экспертиза. Результаты, оценку и выводы экспертного заключения также обозначают в первой части рецензии.

В исследовательском блоке рецензент оценивает экспертное заключение с научно-практической точки зрения. Здесь отражают выявленные недостатки, указывают степень влияния таковых на результат, исследуют его на предмет соответствия или противоречия методическим нормам, применяемым при проведении таких экспертиз.