Сделать так чтобы люди услышали друг друга как медиация помогает решать конфликты

Реформы судебной системы в России

Рост межкорпоративных споров, разбирательств между акционерами внутри компаний и исков по кредитам привел к увеличению нагрузки на суды и судей, противоречивым решениям по одинаковым делам. Эту нагрузку можно снизить благодаря применению процедур досудебного арбитража и медиации, когда конфликт урегулируется с помощью приглашенного посредника, которому доверяют все стороны разбирательства.

Конференция по судебной реформе

Центр медиации Solis, Российский арбитражный центр (РАЦ) и НИУ ВШЭ провели конференцию Судебная реформа в России с позиции медиаторов. Обзоры практики по отраслям и предложения по урегулированию. Акционерные, банковские, строительные, международные споры.

Исполнительный директор Центра медиации Solis Дарья Ждан-Пушкина подчеркнула, что гордится статусом выпускника Вышки и рада, что конференция проходит на площадке университета. Ее выступление было посвящено обсуждению текущих сложностей судебной системы России, истории ее реформ и предложениям по ее реформированию. Дарья Ждан-Пушкина напомнила: медиацией называется урегулирование споров с помощью нейтрального лица — медиатора, изучающего конфликт, интересы сторон и стремящегося выяснить желательные для них варианты его разрешения.

Процессы в судебной системе

По мнению Ждан-Пушкиной, суды не всегда понимают, как лучше выполнять порученную государством и обществом функцию разрешения конфликтов. Часто их нельзя назвать скорыми и справедливыми, что нередко приводит к недовольству решениями судов и порождает противоречия между обществом и судом.

Дарья Ждан-Пушкина также напомнила об истории разделения властей в России, начиная с Древней Руси и заканчивая периодом Петра I. Судебная система претерпела значительные изменения, начиная с создания коммерческих судов для разрешения экономических споров.

Судебные реформы

Крупнейшая судебная реформа в России произошла при Александре II в 1860-е годы, когда суды стали гласными, была установлена состязательность процесса, появились суды присяжных. Однако после серии политических процессов и гибели Александра II, в судебной системе произошел откат.

Важно развивать процедуры альтернативного разрешения споров, такие как медиация, чтобы снизить нагрузку на суды и добиться более эффективного урегулирования конфликтов.

Реформы в судебной системе России

В первые десятилетия советской власти народные суды для рассмотрения рядовых дел сочетались с внесудебными органами, выносившими решения по политическим процессам. В послесталинские годы судебная система СССР была в значительной степени либерализована.

Нынешняя судебная система формировалась в 1993 году после принятия новой Конституции. За прошедший период суды сделали большой шаг вперед: с начала 2000-х годов ведется обязательная аудиозапись процесса, а в последние годы появились суды по видеоконференции, и желающие могут ознакомиться с материалами многих дел дистанционно.

Противостояние властей

Процесс формируется веками, и нам нужно время, чтобы созреть для реформ. Противостояние между исполнительной, законодательной и судебной властями есть во многих странах, — напомнила докладчица, приведя пример Израиля, где попытка изменить закон о Верховном суде вызвала массовые протесты в начале нынешнего года.

Медиация и арбитраж

По мнению Дарьи Ждан-Пушкиной, разгрузке судов и повышению качества судопроизводства поможет медиация. Для ее развития, полагает она, следует обучать участников разрешения конфликтов, в том числе судей и других юристов, вводить обязательную медиацию по отдельным категориям дел, укреплять ассоциации медиаторов и другие объединения, нацеленные на примирение участников конфликтов.

Правовой советник Российского арбитражного центра Катерина Пискунович представила сообщение Взаимодействие медиации и арбитража, особенности и эффективность процессов урегулирования спора с использованием процедур Мед-Арб и Арб-Мед.

Сравнение медиации и арбитража

Она напомнила, что, в отличие от медиации, в арбитраже нейтральный арбитр выносит решение, обязательное для участвующих сторон.

Плюсами медиации она назвала возможность сторон определить устраивающие их варианты выхода из ситуации, что обеспечивает удовлетворенность результатами процедуры и сокращает сроки и затраты на урегулирование спора. Однако у нее есть и свои минусы: вероятность недостижения соглашений по части требований, необязательность исполнения решения.

Плюсами арбитража правовед считает окончательность решения, возможность его принудительного исполнения в 172 странах, подписавших Нью-Йоркскую конвенцию 1958 года, возможность урегулирования спора даже при противодействии одной из сторон, недостатками — возможную неудовлетворенность решением одной или несколькими сторонами и более длительные сроки рассмотрения дел по сравнению с медиацией.

Гибридные процедуры

Чтобы повысить эффективность процессов примирения, разработаны гибридные процедуры, позволяющие объединить плюсы обоих процессов: переход от арбитража к медиации, переход к арбитражу по пунктам спора, где участники не достигли соглашения в ходе медиации, и схема арбитраж — медиация — арбитраж.

При использовании модели арбитраж — медиация — арбитраж арбитраж может быть продолжен в части требований, если по другим достигнуто соглашение, или для вынесения решения на согласованных условиях. Также арбитраж может быть проведен, если стороны пришли к согласию в ходе медиации.

По данным статистики РАЦ, решением на согласованных условиях завершились 12% дел в 2022 году и 15% — за прошедший период 2023 года. Без вынесения решения завершились разбирательства от 4 до 10% дел. В случае соглашения арбитр проверяет его законность и отсутствие нарушений интересов третьих лиц.

Сочетание арбитражных и медиативных процедур может быть выгодно обеим сторонам, поскольку принятыми решениями, как правило, довольны все участники процесса. Также при медиации арбитражный сбор снижается на 50% в случае достижения соглашения до начала первого слушания, на 25% — если соглашение подписано после него, и на 75% — если цель арбитража — подтверждение медиативного соглашения.

При этом стороны должны учитывать риски при возможном назначении одного лица медиатором и арбитром при разрешении конфликта.

Медиатор Центра медиации Solis адвокат Полина Кондратюк представила сообщение Обсуждение предложений о введении регулирования деятельности медиаторов путем участия в СРО или страхования ответственности. Регулирование недавно появившейся отрасли требует осторожности, чтобы не навредить ее становлению, не принять слишком много запретительных мер.

Одновременно важно предотвратить использование медиации для легализации доходов, вывода активов компаний в предбанкротном состоянии, прикрытия других незаконных операций и процессуальных злоупотреблений.

Однако, полагает медиатор, применение медиации мошенниками показывает, что она становится живым и действующим институтом.

В этой ситуации следует ускорить создание общих для медиаторов профессиональных стандартов и этических норм, разработать механизмы дисквалификации недобросовестных лиц и привлечения к дисциплинарной ответственности за нарушения этики. По мнению Полины Кондратюк, их вероятность может предотвратить многие проступки.
Также следует сформировать систему ответственности за нарушение законов о рекламе, разглашение конфиденциальной информации.

Моя позиция: регулирование нужно, вопрос в его глубине и жесткости. Введение общих стандартов профессии необходимо. За границей медиаторы регулируются в основном самостоятельно, и лишь в небольшом числе стран есть госрегулирование и страхование (Италия, Австрия), в основном все отдано ассоциациям, — сказала Полина Кондратюк.

По ее мнению, не следует обязательно страховать ответственность медиаторов, достаточно добровольных полисов, похожих на страхование ответственности адвокатов, которые не будут покрывать мошенничество и иные нечестные действия страхователя. Также за недобросовестные действия с медиатора можно взыскать убытки, неустойку и моральный вред.

Обзор судебной и арбитражной практики в сфере споров между акционерами

Глава практики английского права адвокатского бюро Рыбалкин, Горцунян, Дякин и партнеры Энтони Уолкер представил обзор судебной и арбитражной практики в сфере споров между акционерами. Споры между акционерами — частое явление, ход и решение по делу зависят от акционерного соглашения и способа разрешения споров: суд, арбитражное разбирательство или медиация. Разрешение таких конфликтов, как правило, достаточно сложно, поскольку чаще всего за бенефициаром или бенефициарами стоят иностранные, в том числе офшорные, компании, которые договорились о разрешении споров по английскому праву.

Статистика арбитражей

Статистика арбитражей Лондона, Гонконга и Сингапура противоречива: в первом споры акционеров составили в 2022 году 10% дел, что меньше, чем в прежние годы, в Гонконге — около 18%. Энтони Уолкер предположил, что разбирательство части дел ушло в Сингапур, где их доля за последние годы выросла с 7 до 15%.

Виды споров

Среди подобных дел — споры о ведении бизнеса, бизнес-планах, подборе менеджеров, генеральных директоров или устранении помех со стороны других акционеров, умышленно блокирующих текущую деятельность.

Сложности разрешения споров

По мнению медиатора, особенно сложные ситуации возникают при конфликте миноритарных и мажоритарных акционеров, когда первые считают действия вторых ущемляющими их интересы, часто ситуация выглядит тупиковой, особенно когда в соглашении не указано место разрешения споров.

В этой ситуации, сообщил Энтони Уолкер, в отдельных случаях помогает разбирательство в арбитраже, который признает, что в действиях мажоритарных акционеров нет формальных нарушений, но есть притеснение миноритариев.

Тенденции

По его мнению, запрос на медиацию растет и благодаря усилению ESG-повестки, когда покупатели стремятся выяснить справедливую цену на будущий актив, учитывая экологические, социальные и иные элементы приобретения. Тем не менее споры, считает Энтони Уолкер, чаще направляются в арбитраж, который определяет степень добросовестности контрагентов.

Заключение

Английское право считает: соответствующее обязательство подразумевается в любом долгосрочном соглашении, и обязательства сторон не обманывать друг друга и не расхищать активы необязательно указывать в договоре. Он подчеркнул: медиаторам нередко сложно вести переговоры со сторонами, поскольку соглашения легче добиться без юристов сторон, однако адвокаты редко отпускают своих клиентов.

Тем не менее есть положительные тенденции: недавно была подписана Сингапурская конвенция о медиации, а в Великобритании ввели санкции за отказ сторон спора от медиации.

На конференции также выступили член управляющего совета Центра медиации Solis Наталья Фролова, медиатор центра Елена Иванова, Вероника Демидова, медиатор, член Управляющего совета центра, старший научный сотрудник Центра судебного права Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ Анна Белякова и профессиональный медиатор, лауреат премии «Медиатор года» Алексей Покровский.

Обратите внимание на дату публикации материала: информация могла устареть из-за изменений в законодательстве или правоприменительной практике.

Готовимся правильно к судебному заседанию

Адвокаты и юристы рассказали будущим коллегам и молодым специалистам, что проверить перед заседанием и как не волноваться. Рекомендации пригодятся и тем, кто решил самостоятельно отстаивать свои права в суде

Как подготовиться к судебному заседанию?

Марина Екимова, судебный юрист:

Составляем список аргументов оппонентов и своих контраргументов. Если дело представлено в 10 томах, нелишними окажутся тезисы (краткие выводы), которые можно будет использовать или передать судье.

Подготовьте наглядные материалы, сейчас это по-модному называют legal design. Например, если дело касается родственных отношений или наследства, изобразите генеалогическое древо – так суду будет проще понять, кто кому и каким родственником приходится. Если спор связан с убытками, а в деле сотни платежек и счетов, сделайте таблицу. Укажите в ней, какую сумму какой документ подтверждает, на какой странице материалов дела он находится.

Подали иск – не ждем судебной повестки: из-за нагрузки суды не всегда их посылают, и иногда повестки теряет почта. Отслеживаем информацию на сайте суда или идем за ней в судебную канцелярию.

В суде не хамим, не дерзим, не материмся, не деремся. Вам не дадут договорить или вовсе удалят из зала. За неуважение к суду могут наложить штраф.

Не перебиваем судью и других участников процесса. Заявить ходатайство и дать пояснения вы сможете после того, как вам предоставят слово. Если судья прерывает, можно вежливо сказать: «Уважаемый суд, у меня есть дополнения, позвольте высказаться».

Когда ссылаетесь на доказательство, которое есть в материалах, не поленитесь упомянуть том дела и страницу. Проверьте материалы дела за пару дней до заседания – возможно, там появились новые документы.

Ведите аудиозапись процесса. Это может помочь в будущем, особенно если в резолютивной части решения сумма взыскания вдруг поменяется с 5 000 000 на 500 000 рублей.

Марина Байкова, ведущий юрист юридической фирмы INTELLECT:

Подготовка к судебному заседанию всегда занимает много времени, учитывайте это при планировании работы. Изучите документы, представленные в дело. Пообщайтесь с доверителем – пусть расскажет о своем видении происходящего, какими документами и перепиской он располагает. Уже на этой стадии можно увидеть сильные и слабые стороны дела. Продумайте, как укрепить свою позицию, какие доказательства собрать.

Если оппонент еще не обозначил позицию и не предоставил доказательства, то попробуйте предположить, какие доводы он может заявить, и подготовьте контраргументы.

Изучите судебную практику. Скорее всего, аналогичные дела рассматривались ранее, и все уже придумано до вас. Обратите внимание на практику вышестоящих инстанций – например, если дело рассматривается в Арбитражном суде г. Москвы, то надо смотреть практику Девятого арбитражного апелляционного суда, Арбитражного суда Московской области, Верховного Суда РФ. Изучите практику судьи, который должен рассмотреть ваше дело. Обязательно посмотрите практику разрешения споров с вашим доверителем и оппонентом – возможно, суды уже давали оценку аналогичному спору.

Проанализируйте как поддерживающую вашу позицию практику, так и опровергающую. Вы поймете, какие вопросы поднимают судьи при рассмотрении аналогичных дел и как они оценивают доказательства. Станет яснее, чем подкрепить свою позицию.

Поспрашивайте у более опытных коллег о рассмотрении дел в суде, в который вы идете, и о судье, который будет вести процесс. Не пренебрегайте общением с коллегами и не стесняйтесь просить о помощи.

Внимательно прочитайте вынесенные по делу судебные акты и исполните указанные в них требования. Чтобы излагать свою позицию в суде свободно, придется запомнить содержание доказательств и свои аргументы. Это лучше, чем читать по бумажке и копаться в документах, пытаясь ответить на вопрос судьи. Поверьте, он оценит вашу готовность к процессу.

Эдуард Демидов, председатель Московской коллегии адвокатов «Демидов и партнеры»:

Тщательно изучите материалы дела – основательный анализ позволит предвидеть доводы оппонента и подготовить контраргументы. Проанализируйте судебную практику, чтобы понять, какие доводы используются и как их оценивают суды.

В нашей коллегии практикуется разбор кейсов партнеров. Если коллега берется за сложное дело, мы устраиваем мозговой штурм. Партнеры высказывают свои возражения и аргументы – это помогает лучше разобраться в деле и подготовить стратегию защиты.

Алексей Азаров, адвокат адвокатской конторы «Бородин и партнеры»:

Для неопытного человека судебное заседание – это стресс. Поэтому к нему важно готовиться заранее, а не за час-два.

Рекомендую держать при себе копию иска и поданных документов, причем в систематизированном, а не хаотичном виде. Еще возьмите чистые листы, ручку на случай «непредвиденного ходатайства» и диктофон для записи хода судебного заседания.

Станислав Валежников, управляющий партнер юридической компании «Центральный округ»:

Без телефона – никуда. Я его использую для аудиозаписи судебного заседания и съемки приобщаемых документов.

И помните, что важно прибыть в суд вовремя. У меня было несколько случаев, когда представитель оппонента опаздывал и заседание начиналось без него.

Какие документы взять с собой?

Не забываем паспорт и доверенность, как бы банально это ни звучало. Если идете в арбитражный суд, апелляционную или кассационную инстанцию, то обязательно возьмите диплом о высшем юридическом образовании.

Рекомендую брать все документы по делу – меня это не раз выручало, особенно в Арбитражном суде г. Москвы, где некоторые судьи молниеносно рассматривают дела и надо мгновенно реагировать на их вопросы и доводы оппонента.

Возьмите несколько экземпляров документов, которые планируете приобщить к материалам дела: для себя, суда и лиц, участвующих в деле.

Не забудьте проверить наличие доверенности с нужными полномочиями и срок ее действия.

Доверенность на представление интересов нужно обязательно иметь при себе, ведь она подтверждает ваше право действовать от имени доверителя. Для некоторых процессов потребуется диплом о высшем юридическом образовании. Если получите статус адвоката, вместо диплома будете показывать удостоверение.

Не забудьте оригиналы документов, на которые собираетесь ссылаться в обоснование своих требований или возражений. И желательно подготовить письменную «шпаргалку», которая поможет изложить правовую позицию сжато и по существу, – порой, когда иск огромный, это настоящее искусство.

О чем вспомнить перед заседанием?

Не рекомендую назначать встречи или планировать посещение мероприятий так, чтобы успеть на них до или сразу после заседания.

Если вы едете в суд в другой город, запаситесь временем, чтобы не опоздать на заседание из-за дорожного форс-мажора.

Перепроверьте, когда и в каком суде у вас заседание.

Не пейте много воды. Если заседание задержится, вы можете пропустить его начало, отбежав в уборную. Либо уже в зале суда будет трудно сосредоточиться на деле.

Нельзя забывать о том, что вы писали в иске или возражениях.

Важно помнить не только о своих процессуальных правах, но и об обязанностях. При входе в зал судьи встаем. Обращаемся к нему «уважаемый суд». Когда зачитывается решение по делу, слушаем стоя.

И еще один совет (только не смейтесь): если вы участвуете в заседании онлайн – не садитесь за стол, надев лишь пиджак. Судья может попросить вас вставать при выступлении, а отстаивать свою позицию без брюк крайне неловко.

Не стоит готовиться к заседанию в последнюю ночь. Человеку требуются полноценный сон и время на выгрузку информации из кратковременной памяти в долгосрочную.

Как готовиться к форс-мажорам?

Форс-мажоры на то и форс-мажоры, что к ним никогда не готов. Едешь на заседание на электричке, а она вдруг останавливается на пару часов, потому что человек прыгнул под поезд. Деваться некуда – из вагона пассажиров не высаживают, да и по рельсам до суда не добежишь.

Нередко дела рассматриваются с задержкой. Я не планирую ничего важного после заседаний, беру с собой перекус и ноутбук.

Когда суд в другом городе, может случиться дорожный форс-мажор, поэтому лучше планировать поездку с большим запасом по времени. Если все-таки что-то пошло не так, попросите коллегу подать ходатайство об отложении заседания, не пускайте все на самотек.

Актуальный форс-мажор – эвакуация во время заседания или до него из-за сообщения о минировании здания суда. Дело рассмотрят с задержкой или отложат. В подобных случаях не всегда удается успеть в другой суд. Потому важно работать в команде и включать в доверенность коллег, которые смогут вас подменить.

Однажды в зале суда представителю стало плохо, вызвали скорую. Это заняло почти два часа, и все дела, назначенные до обеда, судья отложила.

К форс-мажорам можно отнести дорожные происшествия. В день судебного разбирательства я не использую личный автомобиль, чтобы не попасть в ДТП или не встать в пробку. Если все же опаздываете, позвоните в суд и предупредите о задержке или попросите коллегу вас выручить.

Забыли документы – вот один из самых конфузных форс-мажоров. Выход из ситуации – попросите сделать перерыв или отложить заседание.

Если много дел, как ничего не забыть и все успеть?

Ведите ежедневник. Это помогает планировать время, и не нужно держать все в голове.

Если суд объявил дату и время заседания, а у вас неотложные дела, попросите изменить время. Иногда судьи идут навстречу, когда другая сторона не возражает.

Планирование – наше все. Есть много сервисов и календарей для составления плана работы онлайн, если не хочется носить с собой бумажный ежедневник. Во многих компаниях используют биллинговые системы – надо просто вносить туда задачи, в том числе информацию о заседаниях.

После каждого судебного заседания я составляю отчет: записываю свои идеи, кто о чем говорил и что сказал судья. Потом использую его для дополнения требований или возражений при подготовке к следующему суду.

Также я составляю таблицу с датами и временем заседаний на месяц. Она всегда у меня перед глазами на рабочем столе.

Если много судебных заседаний, рекомендую вести таблицу в удобном для вас сервисе («Google Таблицы», текстовые редакторы и т.д.), установив уведомления. Там можно указать номер дела и его состояние, суд, участников, что необходимо сделать и в какие сроки.

В условиях большой загрузки мне помогают аудиозаписи судебных процессов и отчеты о заседаниях. Но, к сожалению, все успевать невозможно.

Если бы вы попали в прошлое, какой бы совет дали себе, чтобы избежать ошибок?

Готовимся к суду по максимуму: прорабатываем варианты развития событий, изучаем судебную практику. При анализе практики важно просматривать решения не только первой и апелляционной инстанций, но и кассации. Нередко суд кассационной инстанции отменяет решение апелляции и принимает новое.

Общаемся с коллегами – обмен опытом очень полезен.

Готовиться к заседанию и представлять документы в суд нужно как можно раньше. Правда, иногда из-за большой загрузки сделать это не получается. Но если все же придерживаться данного правила, вы точно не почувствуете себя беспомощным во время заседания.

Готовиться к заседанию необходимо заранее. Лучше тезисно изложить позицию на бумаге и заучить ее. И не стоит недооценивать оппонента.

Раньше я не осознавал, насколько важно расположить судью к себе и показать, что я и мой доверитель – добросовестные люди. Нужно быть искренним и объяснить судье, где червоточина.

Случались ли у вас казусы перед заседанием?

Помню, как в молодости пошла в суд, а паспорт оставила в другой сумке. Добрый судья разрешил мне присутствовать на заседании, но я ничего не могла сделать как представитель. Тогда все обошлось: дело без представителя не стали рассматривать и заседание отложили. Паспорт я больше не забываю.

Помню один случай: я только в суде обнаружила, что срок действия доверенности истек. К счастью, судья не заметил. С тех пор я стала внимательнее.

Как-то раз, когда я еще был юристом, забыл в офисе доверенность. Сообщил судье все как есть: дескать, молодой и неопытный. В тот день другая сторона не явилась, и заседание отложили.

А еще однажды я перепутал время заседания и пришел на два часа раньше, благо не позже.

Казусов было много, расскажу недавний. Супруга собиралась ехать на машине в другой город для участия в процессе. Я положил ей в сумку газовый баллончик – на всякий случай, все-таки переезд, мало ли что. Она про него забыла, а при досмотре на входе в суд его нашли. Приставы долго разбирались, что к чему, и в итоге по моей вине супруга опоздала на заседание.

Как настроиться на положительный лад?

Занятия спортом – хорошее подспорье. Мне помогают дыхательная гимнастика и йога.

Не помог юрист – звоните тренеруКак спорт учит чувствовать себя сильным и уверенным, бороться за свои права и не сдаваться, справляться с конфликтами в семье и бизнесе – рассказали адвокат, юрист, медиатор и пятикратный чемпион мира20 сентября 2023

Лучший способ настроиться – тщательная подготовка, знание законов и судебной практики.

Не забывайте об отдыхе. Если суд в другом городе, лучше забронировать гостиницу, чтобы успеть выспаться. Важно быть бодрым и иметь ясное мышление во время заседания.

Насладитесь чашкой вкусного кофе или чая, чтобы поддержать себя в хорошем расположении духа.

Перед заседанием я люблю прогуляться пешком. Если еду в такси, прошу выключить музыку и мысленно повторяю аргументы или отвечаю на предполагаемые вопросы оппонента.

Я абстрагируюсь от других дел, просматриваю материалы, формулирую вопросы для оппонента и составляю план выступления. Чашечка кофе – уже после судебного заседания.

Мне вспомнился один из эпизодов книги Артура Хейли «Аэропорт» о настрое на работу пилотов и сотрудников аэропорта. Путь на корпоративном автобусе занимает у них около двух часов. Сначала они общаются и смеются, но за 20–30 минут до прибытия в аэропорт непринужденность улетучивается. Каждый из них говорит себе: «Надо обостриться», т.е. сконцентрироваться на работе.

Вот и я перед каждым судебным заседанием говорю себе: «Надо обостриться».

Что поможет успокоиться перед заседанием?

Мне помогает подготовка за день до процесса: я проговариваю вслух свою позицию по делу. Ну и когда постоянно ходишь в суды, начинаешь относиться к заседаниям спокойнее.

В начале своего пути судебного представителя я каждый раз очень переживала. Но когда ходишь в суд чуть ли не каждый день, никаких нервов не хватит столько волноваться. Это понимание позволило мне спокойнее относиться к выступлениям на заседаниях. И еще опыт помогает: предсказуемость, пусть и частичная, придает уверенности.

Есть интересные техники для снятия волнения перед публичными выступлениями. Мне нравится дыхание по квадрату: делаете глубокие вдохи и выдохи, а между ними задерживаете дыхание.

Я предпочитаю перед заседанием пообщаться с оппонентами, чтобы наладить контакт и выяснить их позицию по спору. С опытом страх и беспокойство уходят.

Градус волнения понижает подготовка к судебному заседанию. Уверенность в правовой позиции, доказательствах и процессуальных документах, знание фактов и норм – залог успеха. Но избавиться от волнения полностью невозможно.

Успокоиться помогает уверенность в своей позиции, которую рождает плодотворная подготовка к заседанию. Но, конечно, многое зависит от сложности дела. Например, после подачи иска о расторжении брака волноваться будет не о чем. Это однотипные дела, чего не скажешь о спорах по оспариванию сделок.

Прибавит уверенности листок с правовой позицией – заглянув в него, даже новичок изложит доводы без суматохи.

Разговор с зеркалом избавляет от страхов – достаточно несколько раз проговорить свое выступление.

И, разумеется, с опытом к участию в заседаниях начинаешь относиться проще. Волнение уходит, даже азарт появляется.

Разбираемся вместе с экспертами, что такое медиация, как эта процедура помогает людям разрешить спор и получить взаимную выгоду, и почему в ситуациях домашнего насилия медиация неприменима.

Что такое медиация?

Медиация – это особый вид переговоров, когда нейтральный посредник, медиатор, помогает сторонам конфликта услышать друг друга, выстроить конструктивный диалог и вместе найти взаимовыгодное решение. Медиацию применяют в решении гражданских, трудовых и семейных споров. В семейном праве ее обычно используют, когда есть конфликт, касающийся воспитания детей, установления опеки, раздела имущества, распределения долгов.

Медиация – довольно новый в России институт. «Люди часто путают нас с психологами и пытаются проработать детские травмы. Но медиатор – это не психолог. Задача медиатора – найти причину конкретного конфликта и сделать так, чтобы люди услышали и поняли друг друга и пришли к нейтралитету. Медиация – это не о примирении, но о том, что можно договориться: как будем общаться мы и наши дети, как поделим имущество», – объясняет медиатор, юрист Нижегородского женского кризисного центра и председатель социального центра юридической и психологической помощи «Нижегородка» Елена Благова. В 2022 году социальный центр провел 198 процедур семейной медиации в Нижегородской области.

Зона ответственности медиатора – психологическое состояние и безопасность людей во время переговоров, говорит профессиональный медиатор, тренер и супервизор медиаторов, ведущий преподаватель программы подготовки медиаторов Всероссийского государственного университета юстиции (РПА Минюста России) Алексей Покровский. «Но я не могу гарантировать, что люди договорятся – это их переговоры. Я считаю медиацию успешной, если я сделал все, что от меня зависело: обеспечил условия, провел процедуру, применил необходимые приемы, отработал все эмоции участников».

Обычно в медиации участвуют три человека: медиатор и два собеседника, между которыми случился спор. Но бывает, что сторон конфликта больше. «Тогда лучше со всеми сторонами общаться отдельно, по двое, а не приводить всех сразу. У каждого человека могут быть разные претензии к другому, ведь каждый видит ситуацию через свои фильтры, воспитание и эмоции», – говорит Елена Благова.

Сначала медиатор встречается отдельно с каждой стороной спора и выслушивает версию каждого. После – оценивает медиабельность спора, то есть определяет, можно ли разрешить его с помощью медиации. Если да – заключается соглашение о проведении процедуры медиации.

За любыми конфликтами, говорит Благова, всегда стоят истинные чувства, потребности и интересы сторон. Задача медиатора – убрать фальшь, ложь, эмоции и вытащить наружу те чувства и эмоции человека, из-за которых произошел конфликт.

Медиатор делает это с помощью разных техник – активного слушания, уточняющих вопросов. Также есть техники работы с эмоциями и те, которые позволяют прояснить реалистичность и исполнимость достигнутого соглашения – все они применяются в зависимости от ситуации и типа личностей участников. «Медиатор работает как переводчик: часто люди могут говорить об одном и том же, но разными словами – и потому не понимать друг друга», – говорит Благова.

Это подтверждает история Марины из Алтайского края, которая пришла к медиатору вместе с супругом. После обострившегося застарелого конфликта пара решила на развод: «У нас уже не было диалога. Мы не могли даже выслушать друг друга. Я понимала, что сами мы не справляемся с ситуацией».

На медиации оказалось, что супруг Марины имеет «совсем другой взгляд» на суть конфликта: «Все это время сквозь его агрессивные речи я просто не могла расслышать главное – что на самом деле он хочет сохранить семью. Медиатор так переформулировала и преподносила мне слова мужа, что я стала воспринимать их иначе. Благодаря этому мы с мужем наконец-то начали слышать друг друга. Мы разговаривали о том, как оба видим эту ситуацию, чего бы каждому из нас хотелось. Мы обсуждали темы, о которых раньше страшно было даже просто упоминать вслух. Обращение в медиацию, которое казалось мне шагом отчаяния, на самом деле оказалось шагом к примирению. И мы сохранили семью», – пишет Марина.

Попасть на процедуру можно разными путями. Например, просто найти медиатора и обратиться к нему за услугой. В Нижнем Новгороде одна встреча стоит около 5 тысяч рублей на двоих. Когда конфликт сложный, может потребоваться несколько встреч. Второй путь – обратиться в благотворительные фонды и получить помощь медиатора бесплатно. Если конфликт дошел до суда, встретиться с медиатором может предложить судья. Но финальное решение, идти ли в процедуру, остается за людьми, – и они имеют право отказаться.

«Заставить договориться невозможно». Почему медиация должна оставаться добровольной

Один из важнейших принципов медиации – ее добровольность, это прописано в федеральном законе «О медиации». Медиатор всегда уточняет у людей, добровольно ли они пришли. Если хоть одна из сторон говорит, что ее сюда привели, в проведении процедуры отказывают, говорит Елена Благова.

«Заставить договориться невозможно. При этом стороны вправе в любой момент выйти из процедуры медиации и покинуть комнату переговоров – без каких-либо последствий для себя», – объясняет Алексей Покровский.

Именно поэтому многие медиаторы с сомнением относятся к идеям чиновников сделать процедуру медиации обязательной для супругов, которые решили развестись.

С подобным предложением в конце 2023 года выступила председатель Комитета по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина. Идею поддержал министр юстиции Константин Чуйченко. «Было бы здорово, если бы дела о разводе проходили предварительную процедуру, где опытные медиаторы разговаривали бы с супругами, которые приняли решение развестись. Может быть, через эту процедуру многие семьи бы сохранились», — заявил он.

Алексей Покровский называет такой подход «популистским и основанным на непонимании смысла медиации». По его мнению, максимум, к чему здесь можно принуждать людей – это просто встретиться с медиатором, который расскажет о процедуре медиации и оценит медиабельность спора. Но решение, идти ли на медиацию, люди должны принимать добровольно, а не под давлением закона.

Помимо добровольности у процедуры медиации есть несколько важных принципов:

· равноправие сторон: обе стороны спора находятся на равных, никто ни на кого не давит;

· взаимное уважение: если люди переходят на оскорбления и унижения, медиатор прекращает процедуру;

· беспристрастность медиатора: медиатор – это независимый помощник, который сохраняет нейтралитет и не занимает ни одну из сторон;

· конфиденциальность: то, что обсуждается во время медиации, остается за закрытыми дверями;

· соблюдение совместно выработанных договоренностей и претворение их в жизнь.

После медиации стороны заключают медиативное соглашение, в котором прописано, к чему они пришли. В 2019 году в законодательстве появилась возможность удостоверять медиативное соглашение у нотариуса – тогда оно приобретает силу исполнительного документа, то есть приравнивается к исполнительному листу, который выдал бы суд. А если дело дошло до суда, то медиативное соглашение суд может утвердить в качестве мирового.

Важно, что люди вырабатывают и принимают финальное решение самостоятельно – в таком случае стороны добровольно исполняют соглашение.

Елена Благова вспоминает случай из практики: супруги при разводе делили ребенка и имущество, отношения были «высококонфликтные». Процесс шел сложно: были слезы, люди хлопали дверями, возвращались – потребовалось около шести медиаций. Но как только стороны договорились, они быстро набросали соглашение на бумаге и начали выполнять договоренности. «Люди просто услышали друг друга – и там уже не требовалось судов. Отношения у них были сложные, но главное – там не было насилия», – заключает Благова.

Почему медиация невозможна при домашнем насилии

Равноправие сторон – еще один важный принцип медиации. В ситуации же домашнего насилия стороны не равны – и медиация там не применима, уверены медиаторы.

Для конструктивного диалога стороны конфликта должны иметь равные возможности, ресурсы и баланс сил при процедуре, объясняет адвокат и руководительница Центра защиты пострадавших от домашнего насилия Мари Давтян.

«Но так не бывает в ситуации домашнего насилия, которая сама по себе возникает из-за желания агрессора реализовать власть и контроль в отношении потерпевшей. А когда баланс сил нарушен, заходить в медиацию на равных люди не могут», – говорит она.

В медиации важна безопасность всех участников – и она тоже невозможна, когда есть потерпевшая и агрессор. «Задача медиатора — создать безопасную территорию, на которой люди могут договариваться. В случае с домашним насилием такая встреча не всегда безопасна для женщины, ведь насилие — это подавление воли человека и контроль, основанный на унижениях. Там, где есть власть, контроль, оскорбление одной стороны над другой – договориться невозможно», – говорит Елена Благова.

При этом важно понимать разницу между конфликтом и домашним насилием – между ними огромная разница, говорит Мари Давтян. Конфликт — это ситуация, когда у людей разные мнения. Конфликт возникает по конкретному поводу, и его цель — устранить противоречия и найти общее решение, которое всех устроит. Стороны конфликта чувствуют себя равноправно, без страха защищают свои позиции и ценности, уважают взгляды другого.

Насилие же — это доминирование одного мнения над другим, право сильного, подавление воли другого человека. Конкретного предмета обсуждения нет — есть лишь повод, дающий обидчику внутреннее разрешение доминировать. Здесь присутствует дисбаланс власти. Цель — установить власть и контроль, подчинить, показать, кто главный.

Встречи медиации агрессор может использовать для преследования, психологического насилия и попытки снова вернуть контроль над потерпевшей, добавляет Давтян. Более того, агрессор может оскорблять не только пострадавшую, но и медиатора. «В таком случае я честно говорю: “Вижу, что ваше намерение – не договориться, а увидеть женщину и оскорбить. Я вам помочь не смогу, пожалуйста, покиньте кабинет”. Но если я заранее понимаю, что женщине угрожает опасность, я их даже не приглашу – это мое правило», – рассказывает Елена Благова.

Медиатор Алексей Покровский соглашается с коллегой: «Когда есть явная зависимость одной стороны от другой, как в ситуации домашнего насилия, спор считается немедиабельным».

«Когда человек, который сидит напротив, олицетворяет вселенское зло, медиация бесполезна. Ведь максимум, что можно принять от врага – это капитуляция. Но в таком случае это не переговоры, а ультиматум. А медиация – это именно переговоры, причем партнерские: выигрываю я – и от этого выигрываешь ты. Только удовлетворив взаимные интересы, мы можем разрешить наш конфликт. Если вы видите в человеке напротив не партнера, а врага – медиация бессмысленна», – заключает Покровский.

Медиатор вспоминает, как у него была заявка на медиацию от мужчины, который в присутствии детей нанес супруге 24 ножевых ранения. Женщина погибла, его приговорили к 12 годам тюрьмы, но в колонии мужчина подписал контракт с Минобороны, вернулся с двумя боевыми наградами в Москву и сказал: «Я хочу, чтобы детей отдали мне на воспитание. Родительских прав я не лишен, перед законом чист, президент меня помиловал». Опекун, с которым проживали дети, от медиации отказался – и имел на это полное право. По мнению Покровского, о медиации в такой ситуации не может идти и речи.

Примирение сторон, в том числе с помощью медиации, должно быть добровольным – это отмечает и Комитет по ликвидации дискриминации в отношении женщин ООН в своих рекомендациях.

В общих рекомендациях 33 и 35 Комитет подчеркивает, что процедуры посредничества и примирения не должны носить обязательный характер, особенно в ситуации насилия в семье. «Медиация в ситуации домашнего насилия может применяться крайне выборочно (например, по вопросам проживания детей и раздела имущества) – и только после решения вопроса безопасности пострадавшей и привлечения обидчика к ответственности за насилие», – объясняет Мари Давтян.

В рекомендациях Комитета указано, что использование медиации возможно только после того, как группа экспертов оценила ситуацию и подтвердила, что пострадавшая добровольно и осознанно согласилась на процедуру, и медиация не несет дополнительных рисков для нее и членов ее семьи.

Комитет также указывает, что процедуры посредничества и примирения должны «способствовать расширению прав и возможностей пострадавших», а проводить их должны специалисты, которые имеют спецподготовку и квалификацию, чтобы разобраться в делах, касающихся гендерного насилия в отношении женщин.

Отдельно в документе подчеркивается, что «применение альтернативных процедур урегулирования споров не должно препятствовать обращению женщин в официальные органы правосудия». Таким образом, медиация не заменяет собой суд.

Как устроена медиация в других странах

Основной документ, который регулирует процедуру медиации в России, – это федеральный закон № 193 2010 года «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)». Там прописаны требования к медиатору, основные принципы, порядок и сроки процедуры. Ограничений, связанных с гражданством сторон, нет: получить услугу медиации в России могут граждане любых государств. Если человек не владеет русским, в процедуре участвует переводчик.

Есть Кодекс медиаторов России, утвержденный в 2012 году Национальной организацией медиаторов – он содержит нравственно-этические нормы медиаторов и является, по сути, кодексом чести.

Существует ряд международных актов о медиации, но, как отмечает Алексей Покровский, не все они ратифицированы Российской Федерацией – например, Сингапурская конвенция о медиации. Медиативное соглашение признается на территории тех стран, которые ратифицировали конвенцию – любой госорган примет его во внимание. Это важно, когда одна сторона спора выехала за пределы России или какие-то действия по соглашению должны производиться в другой стране, но соглашение не выполняется.

В целом кодексы медиаторов и правила проведения процедуры в разных странах схожи. При этом «прогресс европейских коллег в развитии семейной медиации очевиден», отмечает в докладе доктор юридических наук, профессор Татьяны Худойкиной из Мордовского государственного университета им. Н. П. Огарева. Рекомендация Комитета Министров Совета Европы № R (98) 1 о семейной медиации была принята еще в 1998 году, а Европейский кодекс поведения медиаторов – в 2004 году.

Первой страной, где для разрешения семейных споров стали активно применять медиацию, стала Великобритания. Там существует совет по семейной медиации, куда входят ведущие организации, в том числе Ассоциация семейных медиаторов. Кроме того, медиаторы сдают государственный экзамен и регулярно проходят процедуру экспертной оценки своей работы. А с 2013 года практически все граждане, которые обращаются в суд по семейно-­правовым спорам, должны посетить встречу для знакомства с процедурой медиации. Об этом говорится в докладе кандидата юридических наук, доцента кафедры правовых дисциплин Мордовского государственного университета им. Н.П. Огарева Натальи Курмаевой и магистранта кафедры правовых дисциплин Линары Галимовой.

Медиация широко распространена и в странах Северной Европы. Например, в Финляндии закон о браке содержит нормы о мирном урегулировании споров при разводе супругов – в частности, члены семьи имеют право обратиться к медиатору за поддержкой. Контролируют работу медиаторов уполномоченные государственные органы Министерства социальных дел и здравоохранения Финляндии. В Дании за процедурой медиации могут бесплатно обратиться люди, у которых есть сложности с установлением опеки или реализацией прав на общение с ребенком. Если спор не удается разрешить с помощью медиации, дело передают на рассмотрение суда.

Страны СНГ, в свою очередь, ориентируются на опыт Евросоюза. Одно из самых развитых в этом смысле государств – республика Молдова, где закон «О медиации» появился еще в 2007 году. В стране работает специализированный Совет по медиации при Министерстве юстиции, в крупных городах открыты центры медиации, где обучают медиаторов, а еще есть практика сотрудничества семейных медиаторов со школами. В Молдове медиатор по закону несет гражданскую и дисциплинарную ответственность «за недобросовестное исполнение своих обязанностей, нарушение норм профессиональный этики и причинение ущерба клиентам».

В Беларуси с 2015 года работает государственный проект «Семейная медиация», который комплексно готовит семейных медиаторов. С 2015 по 2016 года число медиаторов в стране увеличилось втрое – с 131 медиатора до 393. Там используют европейский подход, когда медиация проходит при сотрудничестве юристов и психологов – такой процесс называется ко-медиация. Например, в Австрии семейная медиация осуществляется двумя медиаторами, один из них — это семейный психолог или психотерапевт, другой — адвокат по семейным делам или нотариус. Считается, что такая практика позволяет одновременно соблюсти правовые нормы и учесть социально-­психологические и личностные качества участников медиации.

В странах Средней Азии ориентируются на исторический опыт разрешения споров. Так, в республике Казахстан медиаторами могут быть не только обученные специалисты, но и просто люди старше 40 лет или люди, которых выбрали на местном сходе. Благодаря этому семейно-медиативная процедура в республике пользуется более серьезным авторитетом, чем в России. Медиаторам поручают в том числе сложные семейные споры с крупными имущественными разногласиями.

Опыт зарубежных стран, отмечают авторы доклада, «имеет решающее значение для развития семейной медиации в России». Они подчеркивают, что медиация — это «уникальный способ разрешения споров», который имеет существенные преимущества перед судебным разбирательством.

«Именно медиатор находит решение, удовлетворяющее интересы обеих сторон, в отличие от решения суда, которое выполняет репрессивную функцию государства и удовлетворяет интересы одной стороны», – пишут авторы доклада. Они полагают, что в России можно было бы создать службы судебных психологов, которые были бы компетентны в вопросах медиации по семейным спорам.

Текст: Александра Захваткина