Вс напомнил о недопустимости двойной регистрации права на один и тот же объект недвижимости

Решение Верховного Суда по банкротному делу

Один из экспертов АГ заметил, что отказ в удовлетворении требований о признании недействительной сделки по отчуждению долей имеет следствием выбытие актива из конкурсной массы должника при неполучении им встречного предоставления и в случае признания сделки недействительной доли будут возвращены в конкурсную массу, что приведет к восстановлению прав кредиторов.

Другой особо отметил вывод ВС о том, что недействительность зачета имеет значение только для оспаривания сделки по отчуждению доли, но не по внесению вклада в уставный капитал общества, указав на необходимость фактического пересмотра судебных актов лишь в части при их формальной отмене в полном объеме.

Определение Верховного Суда от 21 августа

21 августа Верховный Суд вынес Определение № 305-ЭС19-4278 (17) по делу № А41-79022/2017, в котором разъяснил нюансы пересмотра судебных актов в рамках банкротного дела.

Дело об увеличении уставного капитала

10 августа 2017 г. было зарегистрировано ООО Роста Плюс. Его учредителями стали ООО Роста с долей в уставном капитале 9999 руб. (99,99%) и ЗАО Радуга Продакшн с долей в размере 1 руб. (0,01%).

28 сентября того же года на общем собрании участников Роста Плюс было принято решение об увеличении уставного капитала за счет вклада общества Роста, состоявшего из прав требований к дебиторам на сумму около 5,2 млрд руб. При этом днем ранее на основании отчета данные права требования оценены в сумму 2,4 млрд руб.

6 октября была внесена запись в ЕГРЮЛ об увеличении Роста Плюс своей доли в уставном капитале на 2,4 млрд руб. 26 октября был заключен многосторонний договор купли-продажи долей в уставных капиталах обществ, согласно которому общество Роста произвело отчуждение доли в уставном капитале Роста Плюс номинальной стоимостью 2,4 млрд руб. в пользу общества Милтон.

Решение суда по спорным сделкам

Полагая, что спорные сделки привели к предпочтительному удовлетворению требований общества Милтон, а также причинили вред кредиторам Роста, общества Ипсен, Астеллас Фарма и Сандоз обратились в суд с заявлением о признании их недействительными, однако в удовлетворении заявления было отказано.

При разрешении спора суды руководствовались положениями п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10, 168 ГК и исходили из отсутствия оснований для признания недействительными оспариваемых сделок, приняв во внимание недоказанность неравноценности при отчуждении Роста доли в уставном капитале общества Роста Плюс. Такие выводы суды сделали, исходя из представленных отчетов об оценке.

Решение суда по вопросу недействительности соглашения о зачете взаимных требований

Введение

20 сентября 2021 года Арбитражный суд Московской области принял решение о признании недействительным соглашения о зачете взаимных требований, заключенного между обществами Роста и Милтон. Это решение имеет серьезные последствия для сторон и включает восстановление требований общества Роста к обществу Милтон и наоборот.

Основные моменты решения

Соглашение о зачете взаимных требований от 3 ноября 2017 года признано недействительным. Суд применил последствия недействительности сделки, которые состояли в восстановлении требования общества Роста к обществу Милтон в сумме более 1,7 млрд рублей по договору купли-продажи долей. Также было восстановлено требование общества Милтон к обществу Роста в той же сумме, но за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов должника.

Апелляционное решение

Апелляция внесла коррективы в решение первой инстанции, касающиеся применения последствий недействительности сделки. Было восстановлено требование общества Роста к обществу Милтон и обратно в сумме более 1,7 млрд рублей.

Обращение с новыми обстоятельствами

Общества Ипсен и ЮСБ Фарма Логистикс считают, что признание соглашения о зачете недействительным свидетельствует о наличии новых обстоятельств в деле. Они обратились в суд с заявлением о пересмотре дела согласно законодательству.

Позиция судов

Суды, выносящие решения в этом споре, опирались на положения законодательства и исходили из того, что недействительность соглашения о зачете не влечет за собой недействительности исходных сделок. Также упоминалось, что неисполнение возмездного договора не означает недействительности сделки, а лишь дает право на требование оплаты.

В итоге суды отказали в удовлетворении заявления об обновлении судебного решения с новыми доказательствами.

Таблица восстановленных требований:

Ипсен и ЮСБ Фарма Логистикс обратились в Верховный Суд

Общества Ипсен и ЮСБ Фарма Логистикс обратились в Верховный Суд с кассационной жалобой. Судебная коллегия по экономическим спорам ВС заметила, что, отклоняя доводы кредиторов об отсутствии фактической оплаты со стороны общества Милтон за реализованную обществом Роста в его пользу долю в уставном капитале Роста Плюс, суды указали на факт оплаты ответчиком приобретенной доли путем заключения с Роста соглашения о зачете взаимных требований, которое на момент рассмотрения спора по существу недействительным не признано. Таким образом, наличие неоспоренного и действительного соглашения о зачете позволило судам сделать вывод об осуществлении встречного исполнения и отсутствии вреда от оспариваемых сделок.

ВС поддержал конкурсного управляющего

ВС поддержал конкурсного управляющего, уличив его процессуального оппонента в противоречивом поведении. Как пояснил Суд, недобросовестное поведение одной из сторон спора по сокрытию ключевых доказательств служит основанием для пересмотра судебного акта и выступает в качестве вновь открывшегося обстоятельства.

Пересмотр судебных актов по новым обстоятельствам

Однако, как подчеркнул ВС, при таких условиях имелись основания для пересмотра определения суда первой инстанции по правилам п. 2 ч. 3 ст. 311 АПК, а выводы судов об обратном являются ошибочными. Суд пояснил, что институт пересмотра судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам является чрезвычайным средством возобновления производства по делу и необходим для того, чтобы прекратить существование объективно ошибочных судебных актов в ситуации, когда об обстоятельствах, позволяющих сделать вывод о допущенной ошибке, стало известно после вынесения этих судебных актов. Ограничение применения данного института вытекает из необходимости соблюдения принципа правовой определенности, в том числе признания законной силы судебных решений, их неопровержимости. Таким образом, при определении критериев пересмотра должен быть соблюден баланс между принципом правовой определенности, с одной стороны, и недопустимостью существования объективно ошибочных решений, с другой.

По мнению Верховного Суда, исходя из характера нового обстоятельства фактическому пересмотру подлежит заявление кредиторов о признании недействительным договора купли-продажи долей. В то же время недействительность зачета между обществом Роста и обществом Милтон сама по себе не является новым обстоятельством для вопроса о действительности операции по внесению прав требований в уставный капитал общества Роста Плюс. Равным образом, как правильно указывают представители обществ “Эркафарм Северо-Запад” и “Эркафарм”, такой пересмотр не влечет переквалификацию совершенных ими действий, признанных ранее добросовестными, в сторону ухудшения их правового положения. При этом следует отметить, что с заявлением о пересмотре судебных актов, в рамках которых оспаривались сделки с этими лицами, общества Ипсен и ЮСБ Фарма Логистикс не обращались.

Верховный Суд принял решение по делу об оспаривании сделки

Верховный Суд указал, что при другом подходе обществам Ипсен и ЮСБ Фарма Логистикс предоставилась возможность повторного рассмотрения уже решенного дела, при отсутствии достаточных оснований в виде новых или вновь открывшихся обстоятельств, что противоречило бы принципу правовой определенности.

В то же время, отметил ВС, поскольку отказ в оспаривании сделки по отчуждению доли был основан на наличии соглашения о зачете, недействительность последнего влечет пересмотр судебных актов по новым обстоятельствам. ВС отменил ранее принятые судебные акты, а дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Выбытие актива из конкурсной массы

Отказ в удовлетворении требований о признании недействительной сделки по отчуждению долей имеет следствием выбытие актива – долей из конкурсной массы должника при неполучении им встречного эквивалентного предоставления, подлежащего распределению в пользу кредиторов. В случае признания сделки недействительной доли будут возвращены в конкурсную массу, последующая их реализация и распределение полученных денежных средств в установленной Законом о банкротстве очередности приведут к восстановлению прав кредиторов, – пояснил Николай Кузнецов.

Значение соглашения о зачете

Он добавил, что внесение прав требования в уставный капитал ООО Роста Плюс не нарушает интересы кредиторов ввиду эквивалентности стоимости прав требования и принадлежащих должнику долей в этом юридическом лице.

Действительность зачета и вред от сделок

Юрист судебно-арбитражной практики АБ ЕПАМ Павел Мажурин заметил: еще при передаче дела на рассмотрение судебной коллегии судья ВС Ирина Букина справедливо обратила внимание на доводы заявителей о том, что действительный зачет означал, что должник получил от покупателя встречное предоставление в размере 1,7 млрд руб., а недействительный зачет привел к тому, что должник получил восстановленное право требования к покупателю, рыночная стоимость которого составила всего лишь 65 млн руб., т.е. в 25 раз меньше.

Поскольку именно наличие неоспоренного и действительного соглашения о зачете позволило судам сделать вывод об осуществлении встречного исполнения должнику и отсутствии вреда от оспариваемых сделок, ВС при рассмотрении дела по существу справедливо признал, что последующее признание соглашения о зачете недействительным должно влечь пересмотр судебных актов по новым обстоятельствам, – заметил Павел Мажурин.

Недействительность зачета и оспаривание сделок

Эксперт подчеркнул: ВС особо отметил, что недействительность зачета имеет значение только для оспаривания сделки по отчуждению доли, но не по внесению вклада в уставный капитал дочки, указав на необходимость фактического пересмотра судебных актов лишь в части при их формальной отмене в полном объеме. Тем самым ВС подтвердил возможность судов самостоятельно устанавливать пределы пересмотра актов при новом рассмотрении, что, по его мнению, также будет иметь значение для правоприменительной практики по аналогичным спорам.

Один из экспертов «АГ» заметил, что вопрос о том, имеет ли объект самостоятельное функциональное назначение, является принципиальным при отнесении имущества к недвижимому. Другой обратил внимание на ссылку ВС на необходимость при рассмотрении подобных споров отграничивать требование о сносе самовольной постройки от требования о признании права отсутствующим, которые представляют собой различные способы защиты нарушенного права.

14 сентября Верховный Суд вынес Определение № 305-ЭС23-8010 по делу № А41-90367/2021, в котором указал нижестоящим инстанциям на порядок рассмотрения спора о сносе газопровода как самовольной постройки, в котором свойства недвижимого имущества не установлены.

24 июня 2010 г. Росимущество и ООО «Фореста» заключили договор аренды в отношении земельного участка, расположенного в д. Маслово Московской области. 14 мая 2012 г. стороны заключили дополнительное соглашение к договору аренды. Согласно выписке из ЕГРН, земельный участок является федеральной собственностью и имеет категорию «земли населенных пунктов» с видом разрешенного использования «для осуществления рекреационной деятельности». Согласно п. 5.4.3 договора аренды общество обязано использовать земельный участок в соответствии с целевым назначением и разрешенным использованием, а также способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному ресурсу.

Условиями договора аренды и дополнительного соглашения не было предусмотрено строительство объектов недвижимого имущества на арендованном земельном участке. Однако факт незаконного возведения обществом объектов на земельном участке, в том числе регистрации части объектов в ЕГРП как объектов недвижимого имущества, был предметом исследования судов в рамках дела № А41-55938/2013: Десятый арбитражный апелляционный суд удовлетворил требования Росимущества к обществу «Фореста» об освобождении земельного участка путем сноса 39 объектов, расположенных на нем.

Ссылаясь на то, что на предоставленном в аренду земельном участке «Фореста» в отсутствие законных оснований также построило и зарегистрировало право собственности на два распределительных газопровода среднего давления, что противоречит действующему законодательству и условиям договора, а также нарушает права и законные интересы РФ как собственника данного участка, Росимущество обратилось в суд с иском о признании газопроводов самовольными постройками, об обязании освободить земельный участок путем их сноса, а также о признании отсутствующим права собственности общества на указанные объекты. Росимущество также попросило взыскать 200 тыс. руб. судебной неустойки, а в случае дальнейшего неисполнения – 50 тыс. руб. в день в первый месяц, 100 тыс. руб. в день во второй месяц, 150 тыс. руб. в день начиная с третьего месяца и в последующие месяцы с момента неисполнения решения.

Исследовав и оценив с учетом результатов судебной экспертизы представленные в дело доказательства, суд, руководствуясь положениями ст. 222 ГК, разъяснениями п. 22, 26, 28, 29, 52 Постановления Пленума ВС и Пленума ВАС от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», установил, что сооружения возведены в соответствии с разрешительной документацией и приняты в эксплуатацию как линейные объекты. Кроме того, в материалы дела не представлены доказательства наличия права собственности истца на спорные объекты, а также препятствия к использованию земельного участка. Дополнительно суд пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, о применении которой заявил ответчик, и, исходя из этого, отказал в удовлетворении иска. Апелляция поддержала данные выводы.

Кассация, учитывая обстоятельства, установленные при рассмотрении дела № А41-24477/2013, а также учитывая режим особо охраняемой природной территории, распространяемый на земельный участок, на котором расположены спорные объекты, не согласилась с выводами нижестоящих судов о том, что сооружения возведены в соответствии с разрешительной документацией. Однако кассационный суд не нашел оснований для отмены принятых судебных актов ввиду пропуска истцом срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

После этого Росимущество обратилось в Верховный Суд. Изучив материалы дела, ВС указал, что, обращаясь в суд за защитой права государственной собственности на земельный участок, истец заявил одновременно как требование о признании спорных объектов самовольными постройками, так и требование о признании отсутствующим зарегистрированного на них права собственности общества.

Кроме того, пояснил Суд, зарегистрированное право собственности ответчика на объект в зависимости от характера возникшего спора, наличия или отсутствия у этого имущества признаков недвижимости может быть оспорено либо по результатам рассмотрения иска, основанного на положениях ст. 222 ГК, одновременно с разрешением вопроса о судьбе этого объекта, либо по итогам рассмотрения требования о признании отсутствующим зарегистрированного права при наличии условий, предусмотренных п. 52 Постановления № 10/22.

ВС: Снос самовольной постройки – крайняя мера гражданско-правовой ответственностиВ Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, Верховный Суд дал ориентир на сохранение незаконных строений 23 ноября 2022

ВС указал, что, разрешая спор, суды с учетом положений АПК, регулирующих порядок рассмотрения дел в соответствующей инстанции, учитывая обстоятельства, приведенные в обоснование иска, а также представленные сторонами доказательства, самостоятельно определяют характер спорного правоотношения, а также нормы законодательства, подлежащие применению. Правильная квалификация судом правоотношений сторон не является изменением предмета и основания иска. Согласно разъяснениям из п. 29 Постановления № 10/22 и правовой позиции, изложенной в п. 2 Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденного Президиумом ВС 16 ноября 2022 г., положения ст. 222 ГК не подлежат применению к объекту, не являющемуся недвижимостью.

Следовательно, пояснил Суд, при рассмотрении данной категории споров суд должен установить наличие у спорной вещи признаков, способных отнести ее к недвижимым объектам. При этом регистрация права собственности на объект как на недвижимое имущество в отрыве от его физических характеристик не является препятствием для предъявления иска о признании зарегистрированного права отсутствующим в связи с неправомерным отнесением такого объекта к недвижимому имуществу.

Между тем из судебных актов не усматривается, на основании каких доказательств суды пришли к выводу об отнесении спорных объектов к недвижимому имуществу. Разрешая спор, суды не учли, что не каждый газопровод (кабель или иные сети) является линейным объектом, а следовательно, и объектом недвижимости. Верховный Суд заметил, что в судебном заседании стороны пояснили, что сети газопровода должны были обслуживать объекты, построенные на арендованном участке, которые подлежат сносу как незаконно возведенные, что установлено в рамках дела № А41-55938/2013. Однако суды не выяснили данные обстоятельства и не установили факт наличия или отсутствия у спорных объектов самостоятельного хозяйственного назначения и отнесения их к отдельным объектам гражданского оборота, права на которые могут быть зарегистрированы в соответствии с законом.

Также ВС не согласился с выводом судов о пропуске истцом срока исковой давности, который мотивирован осведомленностью последнего о наличии на земельном участке спорных сооружений еще в 2013 г. Суд разъяснил, что, согласно правовой позиции, изложенной в п. 12 и 17 Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, требование о сносе самовольной постройки, возведенной на земельном участке, предоставленном в аренду, может быть заявлено арендодателем независимо от требования о расторжении договора и возврате земельного участка. Срок исковой давности по требованию о сносе самовольной постройки, заявленному собственником – арендодателем земельного участка, начинает течь не ранее момента, когда арендатор отказался возвратить переданный участок, на котором возведена самовольная постройка. Учитывая наличие действующего договора аренды земельного участка, что подтверждено сторонами, а также отсутствие доказательств, свидетельствующих об отказе арендатора в возврате истцу земельного участка, выводы судов об истечении срока исковой давности нельзя признать законными и обоснованными. Таким образом, ВС отменил решения судов трех инстанций и направил спор на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Как заметил Роман Прокофьев, вопрос о том, имеет ли объект самостоятельное функциональное назначение, является принципиальным при отнесении имущества к недвижимому. «В соответствии со сложившейся судебной практикой наличие полезных свойств, которые могут быть использованы независимо от земельного участка и от других находящихся на земельном участке зданий, сооружений, иных объектов недвижимого имущества, является обязательным признаком недвижимости. В связи с этим суды не признают в качестве недвижимости, например, газопровод, выполняющий обслуживающую функцию по отношению к зданию (Определение ВС от 29 сентября 2017 г. № 302-КГ17-14265 по делу № А58-4529/2016), покрытие из твердых материалов (Постановление АС Уральского округа от 30 мая по делу № А76-40527/2021; Постановление АС Восточно-Сибирского округа от 18 января 2018 г. по делу № А19-13217/2016), замощение земельного участка (Постановление АС Московского округа от 9 августа 2021 г. по делу № А40-107082/2020)», – заключил адвокат.

По мнению адвоката МКА «ВЕРДИКТЪ» Юниса Дигмара, стоит обратить внимание на ссылку ВС на необходимость при рассмотрении подобных споров отграничивать требование о сносе самовольной постройки от требования о признании права отсутствующим, которые представляют собой различные способы защиты нарушенного права. «Требование о сносе в соответствии со ст. 222 ГК может быть заявлено только в отношении объекта недвижимого имущества, тогда как требование о признании права отсутствующим – в отношении объекта, права на которые зарегистрированы в ЕГРН, притом что такой объект недвижимостью не является», – отметил он.

Также ВС указал на необходимость установления характера объекта – является ли он по своим характеристикам объектом недвижимости. По мнению адвоката, приведенная позиция ВС не является новой и соответствует сложившейся судебной практике, поскольку еще в Постановлении Президиума ВАС от 24 сентября 2013 г. № 1160/13 по делу № А76-1598/2012 была высказана позиция о том, что право собственности может быть зарегистрировано в ЕГРП (ЕГРН) лишь в отношении тех вещей, которые, обладая признаками недвижимости, способны выступать в гражданском обороте в качестве отдельных объектов гражданских прав. «Так как установлено, что спорный газопровод среднего давления имел обслуживающую функцию, основания для признания его объектом недвижимости отсутствуют, притом что к объектам недвижимого имущества могут относиться лишь магистральные газопроводы высокого давления категории 1а свыше 1,2 МПа (ч. 17 ст. 51 Градостроительного кодекса, Приложение № 1 к Техническому регламенту о безопасности сетей газораспределения и газопотребления, утвержденному Постановлением Правительства РФ от 29 октября 2010 г. № 870)», – пояснил эксперт.

Признание отсутствующим права собственности на дорогу

Подборка наиболее важных документов по запросу Признание отсутствующим права собственности на дорогу (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Судебная практика

Определение Верховного Суда РФ от 07.06.2021 N 305-ЭС21-7432 по делу N А41-87412/2019Требование: О пересмотре в кассационном порядке судебных актов по делу о признании отсутствующим права постоянного (бессрочного) пользования на земельный участок, исключении из ЕГРН записи.Обжалуемый результат спора: В удовлетворении требования отказано, так как спорный участок образован путем раздела земельного участка, являющегося частью публичного участка, предоставленного правопредшественнику общества для строительства коттеджей; поскольку общество, построив на исходном участке коттеджный поселок, достигло цели его предоставления, спорный участок, на котором расположена внутрипоселковая дорога (муниципальная), не может находиться у общества на праве постоянного (бессрочного) пользования.Решение: В передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ отказано.При этом суды исходили из того, что спорный земельный участок образован путем раздела земельного участка, который является частью публичного участка, представленного муниципальным образованием правопредшественнику общества в постоянное (бессрочное) пользование для строительства коттеджей; общество, построив на исходном участке коттеджный поселок, достигло цели его предоставления; земельный участок с кадастровым номером 50:20:0070313:838, на котором расположена внутрипоселковая дорога (муниципальная), не может находиться у общества на праве постоянного (бессрочного) пользования; в судебном порядке право собственности общества на данную внутрипоселковую дорогу признано отсутствующим; земельный участок закреплен за администрацией поселения в целях эксплуатации дороги.

Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 13.12.2023 N 88-31151/2023Категория спора: Право собственности.Требования: Об устранении препятствий в пользовании земельным участком.Обстоятельства: Ответчиком без получения разрешения и в нарушение права истца как собственника участка были возведены спорные объекты на земельном участке, не принадлежащем ответчику на каком-либо вещном праве, притом что вступившими в законную силу судебными актами установлены недействительность договоров аренды земельного участка и ненахождение участка в законном владении ответчика, при этом разрешенное использование участка — для дачного строительства — не допускает размещение на нем нежилого здания для осуществления коммерческой деятельности, таким образом, спорные объекты являются самовольными постройками.Решение: Удовлетворено.Разрешая настоящий спор и удовлетворяя иск, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 209, 222, 260, 263, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", исходил из того, что ответчиком без получения разрешения и в нарушение права ФИО1 как собственника земельного участка с кадастровым номером N, как и предыдущего собственника ФИО5, были возведены спорные объекты на земельном участке, не принадлежащем ответчику на каком-либо вещном праве, при том, что вступившими в законную силу судебными актами установлены недействительность договоров аренды принадлежащего истцу земельного участка и не нахождение участка в законном владении ответчика, при этом разрешенное использование спорного участка — для дачного строительства — не допускает размещение на нем нежилого здания для осуществления коммерческой деятельности, таким образом, спорные объекты являются самовольными постройками. Суд указал, что доводы ответчика о том, что постановлением администрации с.п. Соколовское в 2014 г. был утвержден проект организации и застройки территории ДНП "ГринВилл", а также согласован проект организации дорожного движения, и фактически спорное здание расположено на земельном участке, который представляет собой дорогу, служащую для передвижения жителей по территории партнерства, не состоятельны, поскольку это не подтверждает законность строительства спорных объектов на земельном участке истца, право собственности которого не оспорено, недействительным или отсутствующим не признано. Суд принял во внимание, что исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, при этом иск о сносе самовольных построек заявлен истцом как владеющим собственником земельного участка, на котором были возведены спорные объекты, и является негаторным.

Статья: Проблемы соотношения вещного права с конструкцией "управление чужим имуществом"(Емелькина И.А.)("Гражданское право", 2021, N 6)Очевидно, что обязательственно-правовой способ осуществления права собственности не рассматривается крупным бизнесом в качестве достаточной формы деофшоризации, владелец активов не желает рисковать и всячески пытается управлять свои имуществом через "чужие руки", но очевидно и одновременное желание учредителя сохранить за собой элементы вещного права. В этой связи анализ действующих в нашей стране конструкций доверительного управления указывает на то, что этот институт "заработал" в той сфере экономики, где собственник-учредитель заинтересован не столько в сохранении своего вещного статуса, сколько сориентирован на доход (управление инвестиционными паями в ПИФах, пенсионными накоплениями), либо собственник не желает нести бремя содержания имущества (управление автомобильными дорогами), либо собственник в силу неполной дееспособности не вполне осознает свой вещный статус (доверительное управление несовершеннолетних и недееспособных), либо собственника нет вообще, есть лишь некоторое право ожидания вступления в право собственности (доверительное управление наследственной массой или имуществом лица, признанного безвестно отсутствующим).

Нормативные акты

Администрация сельского поселения подала в Арбитражный суд Краснодарского края иск о признании права отсутствующим в отношении имущества — здания кафе, принадлежащего согласно регистрационному удостоверению, выданному БТИ в 1994 году, сельскому потребительскому обществу (далее — сельпо). В 2012 году сельпо прекратило свое существование на основании договора слияния с другими потребительскими обществами, образовав новую организацию — районное потребительское общество (далее — райпо). В вышеуказанном договоре слияния содержится информация о составе недвижимого имущества, возникшего у вновь образованного райпо. Вышеуказанное здание кафе там отсутствует. Фактически здание имеет соответствующие признаки бесхозяйной вещи (отсутствуют окна, двери, внутри видны следы возгорания, территория замусорена). Ввиду наличия вышеуказанного регистрационного удостоверения Росреестр отказал администрации поселения в постановке вышеуказанного здания на учет в качестве бесхозяйного имущества. Согласно п. 6 ст. 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации зарегистрированное право может быть оспорено только в судебном порядке. По аналогии в судебном порядке должен быть установлен и юридический факт отсутствия зарегистрированного ранее права собственности ликвидированного юридического лица на объект недвижимости. Однако арбитражный суд планирует отказать администрации поселения в удовлетворении исковых требований, считая, что признание права отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством. В настоящее время судебное заседание отложено. Есть ли судебные решения по схожим ситуациям? Есть ли другой способ судебного решения вышеуказанного вопроса?

Рассмотрев вопрос, мы пришли к следующему выводу:

В рассматриваемой ситуации не имеется оснований для удовлетворения иска о признании права отсутствующим.

Получить право на здание кафе администрация может через распоряжение собственником (райпо) своими правами на объект недвижимости (например, в случае отказа собственника от права собственности на здание).

Согласно п. 1 ст. 225 ГК РФ бесхозяйной является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен либо, если иное не предусмотрено законами, от права собственности на которую собственник отказался. Из ст. 225 ГК РФ следует, что бесхозяйность недвижимого имущества предполагает отсутствие или неизвестность его собственника (смотрите, например, постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 3 июня 2019 г. N Ф01-2083/19).

Согласно п. 2 ст. 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

В силу п. 1 ст. 131 ГК РФ, ч. 3, ч. 6 ст. 1 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" (далее — Закон N 218-ФЗ) право собственности на недвижимое имущество, а также переход этого права подлежат государственной регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права (ч. 5 ст. 1 Закона N 218-ФЗ).

В то же время согласно ч. 1 ст. 69 Закона N 218-ФЗ права на объекты недвижимости, возникшие до дня вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 года N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (то есть до 30 января 1998 года — смотрите п. 1 ст. 33 указанного Закона), признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости. Государственная регистрация таких прав в Едином государственном реестре недвижимости проводится по желанию их обладателей.

Как отмечается в судебной практике, регистрационное удостоверение, выдаваемое органами БТИ до 1998 года, является правоподтверждающим собственность документом (смотрите, например, решение Ленинского районного суда г . Ставрополя Ставропольского края от 14 декабря 2022 г. по делу N 2а -4285/2022, решение Лазовского районного суда Приморского края от 20 августа 2021 г . по делу N 2-179/2021, решение Арбитражного суда Приморского края от 24 марта 2014 г. по делу N А51-37513/2013). Таким образом, регистрационное удостоверение БТИ (вместе с правоустанавливающим документом) подтверждало, что у здания кафе имелся собственник, которым являлось сельпо.

Согласно п. 1 ст. 58 ГК РФ при слиянии юридических лиц права и обязанности каждого из них переходят к вновь возникшему юридическому лицу (п. 1 ст. 58 ГК РФ). При этом необходимо учитывать, что до 1 сентября 2014 года ст. 58 ГК РФ предусматривала, что при реорганизации в форме слияния юридических лиц права и обязанности каждого из них переходят к вновь возникшему юридическому лицу в соответствии с передаточным актом. Вместе с тем при реорганизации в форме слияния все права и обязанности переходят к правопреемнику в силу универсального правопреемства (то есть в полном объеме), вне зависимости от того, имеется ли в передаточном акте указание на конкретное передаваемое правопреемнику имущество (смотрите, например, постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 18 июня 2010 г. по делу N А03-18549/2009, постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 апреля 2012 г. N 16АП -694/12). При этом если реорганизованному юридическому лицу (правопредшественнику) принадлежало недвижимое имущество на праве собственности, это право переходит к вновь возникшему юридическому лицу независимо от государственной регистрации права на недвижимость и возникает с момента завершения реорганизации (абзац второй п. 11 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", п. 18 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.2019).

Таким образом, до настоящего времени собственником здания кафе является правопреемник — райпо.

Условиями для предъявления иска о признании права отсутствующим являются в том числе следующие:

В рассматриваемой ситуации администрация правом собственности на здание кафе не обладает, имуществом не владеет, что фактически исключает возможность удовлетворения иска о признании права отсутствующим. По этой же причине мы не видим оснований и для реализации администрацией иных возможностей для защиты права.

Как представляется, в рассматриваемой ситуации получить право на здание кафе администрация может через распоряжение собственником своими правами на объект недвижимости. Например, собственник может отказаться от права собственности на здание кафе, предварительно зарегистрировав свое ранее возникшее право собственности в ЕГРН (ч. 3 ст. 69 Закона N 218-ФЗ). В связи с этим смотрите, например, следующий материал: Вопрос: Гражданин планирует добровольно отказаться от права собственности на объекты недвижимости. Он написал заявление в орган местного самоуправления. Обязан ли орган местного самоуправления принять такое имущество? Какова процедура оформления отказа от права собственности на недвижимость? (ответ Службы правового консалтинга компании ГАРАНТ, ноябрь, 2020 г.)

Ответ подготовил:Эксперт службы Правового консалтинга ГАРАНТИванов Александр

Ответ прошел контроль качества

18 декабря 2023 г.

Материал подготовлен на основе индивидуальной письменной консультации, оказанной в рамках услуги Правовой консалтинг.