Журнал закон

Определение Верховного Суда по уголовному делу

9 марта Верховный Суд вынес Определение суда кассационной инстанции по уголовному делу № 19-УД22-33-К5, в котором он вновь призвал суды не нарушать права подсудимых на справедливое судебное разбирательство.

Виновность и осуждение

В июле 2020 года суд признал Евгения Мельникова виновным в покушении на незаконное хранение в целях сбыта сильнодействующих веществ, приговорив его к трём годам лишения свободы. К этому сроку было присоединено наказание по предыдущему приговору, и итоговый срок составил четыре года тюремного заключения.

Изменения в решении

Кассационный суд изменил приговор и апелляционное определение, исключив из них некоторые доказательства вины осужденного. Были исключены также действия, связанные с хранением сильнодействующего вещества в определенный период. Наказание было снижено до трех лет и восьми месяцев лишения свободы.

Кассационная жалоба

В своей кассационной жалобе Евгений Мельников указал на отсутствие письменных поручений следователя органу дознания, касающихся установления свидетелей под псевдонимами. Также он утверждал нарушения закона при допросе некоторых свидетелей, чьи личности оставались в тайне. Подлинные сведения о личности свидетелей не были предъявлены сторонам материалов уголовного дела.

Правовой анализ уголовного дела

По мнению Евгения Мельникова, суд первой инстанции должен был вынести решения о неразглашении подлинных данных свидетелей под псевдонимами и указать, почему он считает невозможным их допрос под настоящими именами, а также привести факты, подтверждающие эти основания, однако этого сделано не было.

Осужденный также счел незаконным допрос свидетелей по видеосвязи, поскольку это не предусмотрено ст. 278.1 УПК РФ. Он добавил, что было неясно, личности каких свидетелей устанавливал председательствующий по делу судья, выехав в ИК, а в ходе допроса с использованием ВКС лиц этих свидетелей не было видно, их голоса были также изменены. Показания нескольких свидетелей, по мнению осужденного, подтверждают его алиби, однако суд признал их несоответствующими фактическим обстоятельствам дела, при этом выводы суда не соответствуют последним и свидетельствуют об обвинительном уклоне.

Кассационная жалоба

В кассационной жалобе также отмечалось, что в апелляции судья прервал осужденного при произнесении последнего слова, в связи с чем он был лишен возможности довести до суда свою позицию: его выступление было прервано замечанием о том, что он должен лишь высказать свое мнение относительного того, оставить приговор в силе или же изменить или отменить его.

В апелляционном определении доводы жалоб были приведены не в полном объеме и не были проверены апелляцией, указал Евгений Мельников; в свою очередь кассация фактически проигнорировала доводы стороны защиты и не разъяснила ему процессуальные права.

Решение Верховного Суда

Изучив материалы, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда отметила, что в рассматриваемом случае процессуальные права осужденного в полной мере не были соблюдены при рассмотрении его уголовного дела в апелляционном суде, что повлекло нарушение его права на справедливое судебное разбирательство.

Так, из содержания протокола заседания суда апелляционной инстанции следует, что при выступлении в прениях осужденный излагал фактические обстоятельства преступления, в совершении которого он признан виновным, однако председательствующий его прервал и призвал выступать в прениях, а не читать приговор.

Апелляционное разбирательство: упущения при рассмотрении дела

Евгений Мельников обратил внимание на несоответствие выводов суда установленным фактическим обстоятельствам дела. Он привел анализ своих показаний и показаний свидетелей, данные о личности которых не разглашались. В ответ на разъяснение председательствующего он пояснил, что пытается дать анализ доказательств и указать на противоречия.

Председательствующий прервал выступление Мельникова, указав, что он может ссылаться только на показания, лежащие в основе приговора. Евгений Мельников попытался привести положения УПК, но был остановлен судьей, который напомнил о необходимости соблюдения регламента.

Апеллянт стремился использовать закон в свою пользу, но ему были наложены ограничения судебным председательством. По мнению Мельникова, суд не устранил имеющиеся противоречия в показаниях свидетелей.

Определение суда

В определении суда отмечается, что осужденный продолжал выступление, приводил показания свидетеля К. и пытался обратиться к УПК. Однако его выступление было прервано судьей, который не позволил зачитывать законы, указав на нарушение регламента заседания.

После нескольких замечаний и прерываний Мельникова при обращении к закону, судья приостановил видеоконференцию, обвинив апеллянта в неслушании указаний суда.

Последнее слово осужденного

Осужденный, пытаясь заключить свое выступление, привел протокол допроса свидетеля, но снова был прерван судьей. Мельникову было указано на продолжение прений, и предложено высказать просьбу к суду.

В итоге, несмотря на попытки осужденного дать объяснения, судебная коллегия расценила его поведение как отказ от выступления с последним словом и удаление в совещательную комнату.

Note: Please let me know if you need any more assistance.

Решение Верховного Суда по делу Евгения Мельникова

Таким образом, заметил Суд, Евгений Мельников был безосновательно ограничен апелляцией в своем праве на участие в рассмотрении дела и в возможности довести до суда свою позицию по обжалованному им приговору, поскольку действия кассатора не могли расцениваться как нарушение им порядка в судебном заседании и не указывали на неподчинение распоряжениям председательствующего.

В связи с этим решение апелляции нельзя признать законным, заключил Верховный Суд, добавив, что кассация проигнорировала указанные нарушения, допущенные апелляционным судом. Судебные акты апелляции и кассации были отменены, а дело возвращено на новое апелляционное рассмотрение.

Реакция защитника

Вместе с тем защитник с сожалением отметил, что Верховный Суд не дал оценку и другим допущенным по уголовному делу нарушениям.

Но я искренне надеюсь, что при новом апелляционном рассмотрении дела краевой суд более тщательно изучит уголовное дело, сделает законные и обоснованные выводы по каждому доводу как апелляционной, так и кассационной жалобы, – выразил надежду Алексей Тохунц.

Позиция старшего партнера

Старший партнер АБ Нянькин и партнеры Алексей Нянькин напомнил, что нарушения принципа справедливости судебного разбирательства неоднократно являлись предметом рассмотрения в Конституционном Суде, благодаря чему сторона защиты, отстаивая права обвиняемого или осужденного, наделена широким категорийным инструментарием, основанным на положениях ст. 47 УПК РФ, для обоснования доводов жалоб на несправедливость судебного разбирательства.

КС РФ указывал, что одной из необходимых гарантий судебной защиты и справедливого разбирательства дела является равно обеспечиваемая обвиняемому и потерпевшему возможность представлять доказательства, заявлять ходатайства, знакомиться со всеми материалами дела и таким образом довести свою позицию относительно всех аспектов дела до сведения суда, приведя те доводы, которые они считают необходимыми для ее обоснования.

Лишение потерпевшего возможности участвовать в судебных прениях ничем не оправдано, не является справедливым и выходит за пределы конституционно допустимых ограничений прав и свобод, оно необоснованно ущемляет закрепленные Конституцией права потерпевшего на доступ к правосудию и на судебную защиту, умаляет достоинство личности и нарушает конституционный принцип осуществления судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон (Определение КС РФ от 5 ноября 2004 г. № 345-О).

Просьба проверить русские термины и убедитесь, что перевод верный.

В рассматриваемом деле, как заметил эксперт, ВС РФ проявил последовательность в реализации универсального правового принципа законности, отменив судебные акты апелляционной и кассационной инстанций на основании очевидно необоснованного ограничения права осужденного на участие в судебных прениях и выступление с последним словом. «Несмотря на то что суд кассационной инстанции обратил внимание на порочность ряда доказательств, положенных в основу обвинительного приговора и исключил их как недопустимые, снизив окончательный размер наказания, я полагаю, что столь фундаментальные нарушения уголовно-процессуального закона, на которые указал ВС, должны были бы повлечь более категоричные выводы в мотивировочной части, в том числе и связанные с оценкой законности приговора. Из практики, с которой мы встречаемся в аналогичных ситуациях, подобное определение ВС не будет иметь принципиально важных последствий для осужденного. С одной стороны, его права формально будут восстановлены путем предоставления ему без недопустимых ограничений права на судебные прения и на последнее слово. Но с другой стороны, доводы о незаконности и необоснованности приговора в лучшем случае получат оценку в тех пределах, которую ранее дал Пятый кассационный суд, что не приведет к полному восстановлению права на справедливое судебное разбирательство», – полагает Алексей Нянькин.

Адвокат МКА Law & Liberty Игорь Исаев отметил, что на уровне ВС подтверждено: суд обязан строго придерживаться процессуальных норм и ни при каких обстоятельствах не может, руководствуясь субъективными представлениями о том, что должно содержаться в речи подсудимого, а что нет, прерывать его выступления в прениях или последнем слове. «Зачастую председательствующий даже не дослушивает мысль, обрывает и прямо запрещает ее заканчивать, так и не поняв, о чем идет речь. При всем уважении к титанической нагрузке служителей Фемиды, незыблемым остается право на защиту, которое включает в себя право и возможность полноценно выступить в суде вне зависимости от инстанции, подробно изложив суду все значимые для каждого подсудимого обстоятельства. Решается судьба конкретного человека, и дать ему возможность высказать именно то, что он считает важным для своей защиты от обвинения, – незыблемая гарантия государства. Возможность адекватно готовиться к судебным заседаниям порой существенно ограничена. В условиях следственного изолятора подсудимые иногда готовят речь лишь устно, а когда судья неоднократно обрывает, они сбиваются и, смутившись, заканчивают, так и не сказав главного. Поэтому вынесенное ВС решение – это однозначный сигнал для всех судов: “Уважайте процессуальные права подсудимого, выслушайте, и, быть может, то, что будет сказано, повлияет на итоговое решение!”», – подчеркнул он.

Адвокат МКА Law & Liberty Андрей Перов добавил, что суд не должен вмешиваться в ход выступления подсудимого не только потому, что когда судья перебивает выступление, это может привести к потери мысли или ее искажению, но и потому, что подсудимый вправе донести до участников процесса все, что считает важным для своей защиты. «Нередко, чтобы доказать свою правоту, подсудимый должен обращаться к иным уголовным делам или к прекращенным эпизодам в рамках рассматриваемого дела. Зачастую ссылка суда на то, что приводимые подсудимым аргументы “не относятся к обстоятельствам рассматриваемого уголовного дела”, является ограничением права на защиту», – считает адвокат.

По его мнению, судебное разбирательство может быть признано справедливым только в том случае, если подсудимому была предоставлена возможность максимально полно высказаться по обстоятельствам дела, проанализировать имеющиеся доказательства и расставить акценты. «Наконец, подсудимый во всех инстанциях и на любой стадии процесса вправе выражать несогласие с действиями нижестоящих судов или конкретно этого состава суда. Желание некоторых судей быстрее закончить процесс, уйти на обед или приступить к рассмотрению следующих дел не должно влиять на права и в конечном счете судьбу человека, который вынужден защищаться от предъявленного государством обвинения всеми не запрещенными законом способами», – заключил Андрей Перов.

Преюдиция по уголовным делам

Подборка наиболее важных документов по запросу Преюдиция по уголовным делам (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Судебная практика

Подборка судебных решений за 2021 год: Статья 90 "Преюдиция" УПК РФ"По смыслу уголовно-процессуального закона, применительно к положениям ст. 90 УПК РФ, принятые решения по гражданским делам и положенная в их основу оценка доказательств, не могут иметь преюдициального значения по уголовному делу, поскольку они приняты в другом виде судопроизводства и в иных правовых процедурах. Уголовно-правовая квалификация действий подсудимого определяется исключительно в рамках процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом и не может устанавливаться в иных видах судопроизводства."

Вопрос о том, каким может (должно) быть влияние вступивших в законную силу решений судов по гражданскому делу на порядок привлечения лиц к уголовной ответственности, все еще остается остроактуальным и до странности болезненным. До сих пор сильны настроения в отношении необходимости уменьшить и даже искоренить такое влияние. И это притом, что все еще многое во взаимосвязи гражданского и уголовного судопроизводства остается неясным.

В этом отношении положения ст. 90 УПК РФ, озаглавленной законодателем «Преюдиция», находятся в самом центре внимания юридической науки и практики. Действительно, непросто понять, что же означает эта формула законодателя: обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки.

Очень сложным в современных условиях оказывается принять мысль о том, что уголовное преследование может фатально зависеть от результатов процессуальной деятельности, осуществленной в рамках неуголовного судопроизводства. За время, истекшее с момента вступления в силу Федерального закона от 29 декабря 2009 года № 383-ФЗ, исключившего возможность для суда, прокурора, следователя, дознавателя игнорировать обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами, принятыми по гражданским делам, на гражданское судопроизводство 1 Здесь и далее я для простоты изложения буду именовать гражданское, арбитражное и административное судопроизводство единым именем — гражданское судопроизводство, а все дела, рассматриваемые в рамках названных процессуальных форм, гражданскими делами, поскольку ГПК, АПК и КАС в отношении объема и содержания законной силы принимаемых по существу дела по правилам этих кодексов судебных постановлений, содержат идентичные правила. в целом изверглись потоки критики. Эти обвинения в общем и целом сводятся к идеологическим упрекам, призванным, так сказать, от противного подчеркнуть достоинства уголовно-процессуальной формы: констатации невозможности для гражданского судопроизводства создать условия для отыскания истины, противодействовать манипулированию судом в целях вынесения нужных для тяжущихся решений, защитить права потерпевших от преступной деятельности 2 См. в числе многих других работ: Скобликов П.А. Проблемы современной преюдиции: арбитражный процесс блокирует уголовный? // Закон. 2010. № 4. С. 181–183; Азаренок Н.В. Обусловленность преюдиции в российском уголовном процессе // Журнал российского права. 2013. № 8. С. 109–113; Клепицкий И.А. Преюдиция и «дело решенное» в современном уголовном процессе // Закон. 2021. № 12. С. 129, 132–133; Лопатин С.А. Преюдиция в уголовном судопроизводстве Российской Федерации: реализация или преодоление. М., 2022. С. 79–86. . Подобный подход к серьезной научной и практической проблеме не способствует ее разрешению и красноречи

Колонка главного редактора

Д.В. Тариканов Введение в турецкое частное право

Частное право Турции представлено Гражданским, Обязательственным и Торговым кодексами. От старого мусульманского права как источника частного права Турция отказалась в 1926 году и предпочла путь рецепции Гражданского и Обязательственного кодексов Швейцарии. Этому пути Турция следует до настоящего времени, заимствуя в швейцарском праве не только букву закона, но и опираясь в толковании на швейцарскую судебную практику и литературу. Для погружения читателя в турецкое частное право в статье рассмотрен ряд его характерных институтов: общий принцип компенсирующей справедливости, необходимость регистрации вещных обременений на движимые вещи в целях обеспечения исполнения обязательств, законный режим супружеской собственности, покоящийся на обязательственной, а не вещно-правовой модели, обязательная доля в наследстве, система судов, рассматривающих гражданские споры, и общая характеристика рассмотрения этих споров. Акценты делаются на ситуации, осложненные иностранным элементом.

Ключевые слова: неосновательное обогащение, сохранение права собственности за продавцом, залог, закон местонахождения вещи, супружеская собственность, обязательная доля в наследстве, международное частное право, экзекватура, Турция

Купить в PDF-формате

Д.В. Жигульская, М.Д. Романенко Головной платок в Турции: символ или политический инструмент?

Вопрос ношения головного платка — противоречивая тема в турецком обществе. В статье эта проблема рассматривается в рамках конфронтации традиционных религиозных и секуляристских ценностей через призму правового регулирования. Отмечается существенное влияние, которое оказала проблема на политическую атмосферу в Турции, а также систему высшего образования. Этот вопрос часто обсуждается в контексте споров об угрозе принципу светского государства. Распространенная в прошлом практика выдворения женщин с покрытой головой из общественной сферы, и прежде всего университетов, стала серьезной внутриполитической проблемой в Турции, в значительной мере «секьюритизированной» органами судебной власти. («Секьюритизированной темой» следует считать любой вопрос общественной жизни, который изображается государством в качестве экзистенциальной угрозы и воспринимается в качестве такового населением.) С приходом к власти Партии справедливости и развития в 2002 году ситуация существенно изменилась: в условиях стремительной исламизации общества вопрос ношения платка был переосмыслен. Хронологические рамки статьи охватывают период с момента возникновения Турецкой Республики до «эры Партии справедливости и развития» и включают наиболее поздние инициативы правящей элиты, выдвинутые в конце 2022 года. В статье последовательно анализируется понятие секуляризма в республиканской Турции, исследуется исторический контекст возникновения вопроса о ношении головного платка и его трансформация в общественную проблему, приводится описание конкретных законов, а также решений судов по исследуемой проблематике.

Ключевые слова: Турецкая Республика, ношение головного платка, секуляризм, исламизация, Партия справедливости и развития

И.А. Каратаев Особенности гражданского судопроизводства в Турецкой Республике: сравнительный анализ

В статье анализируется нормативно-правовое регулирование порядка рассмотрения и разрешения гражданских дел в суде первой инстанции в Турецкой Республике для формирования общего представления о турецком гражданском судопроизводстве. Внимание автора сфокусировано на отдельных принципах турецкого гражданского процесса, особенностях порядка предъявления иска, возбуждения и рассмотрения гражданского дела в суде первой инстанции. Сравнив положения ГПК Турции и ГПК РФ, автор приходит к выводу о наличии общих черт (например, общие основополагающие начала судопроизводства) и различий (например, нормативное регулирование порядка проведения судебного разбирательства). Отмечается, что турецкий правотворческий опыт в области регулирования отдельных аспектов гражданского судопроизводства может быть учтен отечественным законодателем.

Ключевые слова: Турецкая Республика, сравнительное правоведение, гражданский процесс Турции, гражданский процесс, гражданское судопроизводство, судебное разбирательство, принципы

Б.Д. Нуриев Институт посредничества в коммерческом праве Турецкой Республики

Ключевые слова: коммерческое право, Турция, коммерческий посредник, коммерческий представитель, коммерческое доверенное лицо, продавец-посредник, коммерческий агент, брокер, комиссионер

Ю.Э. Киль, Л.О.к. Аласкарова Правовое регулирование сейсмостойкого строительства: пример России и Турции

В статье анализируются основные подходы, сформированные в мировой науке относительно значения строительных норм и требований для снижения рисков и последствий землетрясений. Специфика землетрясений, как и любого стихийного бедствия, заключается в невозможности его предотвращения, поэтому акцент в решении проблем землетрясений должен быть сделан на исключении их негативных последствий. Указанное может быть достигнуто путем построения эффективного нормативного регулирования и практики его реализации. Более того, комплексность и междисциплинарность проблемы требует обеспечения сбалансированного взаимодействия между законодателем, правоприменителем и специалистами в сфере инженерии и сейсмологии. Авторы анализируют опыт случившегося катастрофического землетрясения в Турции и Сирии 2023 года, выявляя недостатки нормативного регулирования Турции, которые так или иначе стали причиной разрушений зданий, построенных в отсутствие надлежащего обеспечения сейсмоустойчивости.

Ключевые слова: сейсмостойкое строительство, строительные нормы и требования, правовое регулирование сейсмостойкости, предотвращение землетрясений, турецкое регулирование

Юридическое прошлое

А.П. Евсеев П.И. Люблинский как криминолог (к 85-летию со дня смерти)

Статья посвящена жизни и деятельности выдающегося русского юриста, сенатора П.И. Люблинского. Рассматривается его творческий путь, последовательно излагаются его взгляды на уголовное наказание, в том числе проблему смертной казни, личность преступника, условное осуждение. Оценивается его вклад в развитие уголовно-правовой мысли России первой трети XX века. Автор приходит к выводу о непреходящей актуальности его научного наследия, которое должно занять заслуженное место в одном ряду с трудами видных криминалистов прошлого.

Ключевые слова: П.И. Люблинский, пенологические исследования в СССР, смертная казнь, цели наказания, условное осуждение

Дискуссионный клуб

А.В. Ильин Межотраслевая преюдиция в уголовном процессе

Межотраслевая преюдиция (ст. 90 УПК), предписывающая уважать законную силу судебных актов, принятых в гражданском судопроизводстве, обеспечивает не только право на судебную защиту и принцип правовой определенности, но и невозможность перерешения гражданско-правовых споров о праве в рамках уголовного судопроизводства. Вследствие этого масштаб воздействия решения суда на уголовный процесс должен определяться именно с точки зрения пределов законной силы решения суда по гражданскому делу, а не с позиции того, какие признаки состава преступления могут быть установлены на его основе. В статье разбираются вопросы о том, в чем состоят объективные пределы межотраслевой преюдиции, могут ли у нее быть субъективные пределы и какое значение при установлении этих пределов имеет презумпция невиновности.

Ключевые слова: законная сила судебного решения, обязательность, преюдициальность, презумпция невиновности, формы судопроизводства, гражданский процесс, уголовный процесс

А.А. Иванов Университетский дух и юристы

Статья посвящена истории юридического образования в современной России. Автор, опираясь на личный опыт работы в ряде университетов, анализирует те стадии, которые прошло юридическое образование, фиксирует его современное состояние и обсуждает перспективы развития. Отправной точкой является состояние юридического образования в позднем СССР. Вынужденный переход российского образования на либеральные принципы в 90-е годы прошлого века постепенно, начиная с 2000 года, сменился бюрократизацией. Основной проблемой последней стало падение качества преподавания и студентов, исход из вузов квалифицированных и свободолюбивых людей. Автор не видит альтернативы для возврата к либеральным принципам образования.

Ключевые слова: юристы, юридическое образование, университеты, бюрократизация, пожизненный контракт

Юридическая хроника

Ключевые слова: единственное жилье, банкротство, апелляция в уголовном процессе, подсудность по уголовным делам, ответственность государственного органа, ответственность налогоплательщика, смена пола

Теория и практика

А.И. Савельев Правовые аспекты технической поддержки программного обеспечения правообладателей, ушедших с российского рынка

Статья посвящена рассмотрению вопросов, связанных с прекращением рядом иностранных правообладателей предоставления технической поддержки программного обеспечения российским пользователям. На основе анализа существующей судебной практики даются ответы на следующие вопросы: 1) можно ли требовать возмещения стоимости технической поддержки за период, в течение которого она не предоставлялась иностранным правообладателем, и кому следует предъявлять такое требование; 2) возможно ли получать обновления, выпущенные правообладателем, «серым» способом, т.е. без соглашения с правообладателем или его уполномоченным представителем, и какие правовые риски это в себе несет; 3) возможно ли с правовой точки зрения самостоятельное сопровождение пользователями иностранных программных продуктов собственными силами или силами привлеченных для этого компаний.

Ключевые слова: обновления программы для ЭВМ, техническая поддержка программ для ЭВМ, злоупотребление правом, адаптация, модификация

О.А. Жаркова Земельный участок для целей строительства и эксплуатации — константа или переменная?

В статье анализируется динамика развития земельного законодательства в части определения размера земельного участка, необходимого для эксплуатации построенного объекта недвижимости, и противоречивая судебная практика, а также жилищное и регистрационное законодательство, регулирующие механизм перехода прав на земельный участок от застройщика к собственникам помещений в многоквартирных домах (МКД). Автор приходит к выводу о том, что в земельном законодательстве в контексте положений градостроительного законодательства этот вопрос решен однозначно, а суды не всегда верно толкуют нормы закона. Применительно к МКД ситуация иная: жилищное и регистрационное законодательство не содержат четкого механизма перехода прав на земельный участок к собственникам помещений, поэтому судебная практика вынуждена восполнять этот правовой вакуум.

Ключевые слова: размещение ОКС, аренда под строительство, градостроительный регламент, механизм перехода прав, собственники помещений

П.С. Алпатов Стабильность условий предоставления налоговых льгот как принципиальная основа режима инвестиционной деятельности в Российской Федерации

В настоящей работе рассмотрен вопрос о правовой природе стабилизации условий инвестиционных налоговых льгот. Актуальность исследования связана как с текущими макроэкономическими затруднениями и вытекающей из них потребностью поощрять инвестиционную деятельность, так и последними тенденциями судебной практики и законотворчества. В статье будет рассмотрено действие налоговой стабилизационной оговорки при использовании инвестиционных налоговых льгот, будет обоснован тезис о том, что стабилизация действует применительно к любой инвестиционной льготе ввиду того, что неизменность мер поддержки инвесторов следует из конституционного регулирования действия права во времени. Также будет определено содержание правомерного разумного ожидания, которое обеспечивается через стабильность налоговых льгот.

Ключевые слова: капитальные вложения, инвестиционные налоговые льготы, стабилизационная оговорка, правомерные ожидания

К.Г. Киктенко, А.А. Кирилина Цивилистические основания донорства

Авторы раскрывают в статье природу, основную идею донорских правоотношений, правоотношений в сфере трансплантации донорских органов, тканей, указывая на те проблемы, которые объективно сложились в нашем правопорядке. Фактически сделки в сфере донорства и трансплантации существуют, однако отсутствует надлежащая правовая регламентация складывающихся правоотношений. Авторы придерживаются позиции, что человек имеет право распоряжаться своим телом при условии, что такое распоряжение не повлечет гибель донора или его инвалидность, и имеет право на соразмерную компенсацию, выступающую не в качестве платы, но в качестве возмещения того вреда здоровью, которые был или мог быть последствием вступления в донорские правоотношения. Показана необходимость терминологического единства нормативно-правового регулирования данных отношений. Основная цель работы — раскрытие частноправовой природы донорства, донорских правоотношений и правоотношений в сфере трансплантации. Предпринята попытка описать систему сделок в донорстве, обсуждаются надлежащие способы защиты, проблемы соотношения деликтного, договорного исков применительно к донорству. Затрагивается зарубежный опыт, показывающий неуверенные шаги различных правопорядков к более свободному регулированию этой сферы общественных отношений. Приводятся политико-экономические и моральные рассуждения о необходимости перевода отношений донорства из сферы публичного права в частное, а также из госрегулирования в свободный рынок. Акцентируется внимание на ряде противоречий, которые требуют разрешения в доктрине, законодательстве и судебной практике.

Ключевые слова: донорство, сделка, трансплантация, гражданский оборот, орган человека, биологические материалы, ткань человека, личные неимущественные права, защита гражданских прав

Общеизвестно, что преюдиция касается только лишь выводов суда относительно фактов (недаром нормы о ней находятся в главах процессуальных кодексов о доказательствах и доказывании), но не выводов суда относительно правовой квалификации отношений.

Однако, бывает так, что суд оказывается связан и ранее данной другим судом правовой квалификацией отношений. Например, когда один суд во вступившем в законную сислу решении признал недействительной сделку, вряд ли другой сможет квалифицировать ее как действительную.

И здесь мы даже не всегда сможем прикрыться общеобязательностью судебных актов: да, если вывод о недействительности сделан в резолютивной части решения — например по иску о признании сделки недействительной — общеобязательность сработает, но если речь идет о ничтожной сделке, вывод о ее недействительности может быть сделан и в мотивировочной части решения. Разве решится хоть какой-нибудь судья, увидев такой вывод во вступившем в законную силу решении другого суда с участием тех же лиц встать в позу и заявить, что для него этот вывод не обязателен?

А теперь попытаемся развернуть картину на 180 градусов: если в суд был предъявлен иск о признании сделки недействительной и суд отказал в удовлетворении такого иска. По сути — признал сделку действительной как минимум в части тех оснований недействительности, которые заявлялись в этом иске. Может ли в другом процессе с тем же составом участников сторона, которой было отказано в признании сделки недействительной, вновь заявлять о ее недействительности по тем же самым основаниям? При этом формально утверждать, что вопрос квалификации не является предметом преюдиции; да и утверждения о действительности сделки суд ранее не делал, а раз так — снова рассматриваем те же самые основания и пытаемся уже в другом деле вновь доказать, что сделка ничтожно.

Если подходить к преюдиции формально — как к инструменту, заставляющему суды уважать друг друга — то вполне возможно. Однако если исходить из того, что одной из целей института преюдиции является определенность правовых отношений, то нельзя допускать, чтобы единожды разрешенный правовой вопрос повторно обсуждался при рассмотрении другого дела.